Забавник

С другой стороны, где они тогда? Если Зах еще мог забиться в какой-нибудь угол, то Лек вряд ли. О том, что в степи происходит, сразу известно становится. Нет Лека ни в одном из родов, вся его дальняя родня откочевала к югу, а ближняя – его же усилиями почти стерта со степных равнин.

– Тир знает? – спросил Насьта. – Рич?..

– И тот, и другой знают все или почти все, кроме того, что случилось в храме Мелаген. – Марик хмуро постучал по столу пальцами. – Ну и еще кое-что в тумане для них скрывается. Но чувствую я, придется им скоро поведать о произошедшем в храме в подробностях.

Однако ни Рич о том, как она появилась на свет, ни Тиру о пребывании его матушки под покровительством Лека говорить пока не хочу. Да и сам я не многое знаю. Только то, что Айра успела поведать Оре. Может быть, так сложится еще, что Айра сама все расскажет. Тиру уж точно.

– Значит, она вернулась? – замер Насьта.

– Не знаю. – Марик расцепил сплетенные пальцы. – Или она уходила куда? Ручкой на прощание помахала? Ничего тебе не скажу, но Тир второй день сам не свой: говорит, что чувствует мать.

Близко она. Что ж, увидим. Ты-то ведь не затем в этакую даль тащился? И без тебя хватало гонцов, чтобы привезти конгу дорогой подарок.

– Не затем, – усмехнулся ремини. – Мог бы, конечно, сказать, что решил посмотреть на твоих детишек, пригласить все семейство в гости, попробовать стряпни Оры, так ведь не поверишь, хоть я и не совру.

– Почему же? – улыбнулся Марик. – Поверю!

– Он оживает, – прошептал Насьта.

– О ком ты? – напрягся баль.

– О нем! – Насьта стер с лица улыбку. – Вот такушки, дорогой мой! Или ты не понял до сих пор, что демон – или кто там управлял Мертвым городом – не изгнан и не уничтожен, а всего лишь затаился и ждет?

– Чего он ждет? – Марик смахнул со лба холодный пот. – Объясни толком! Или ты не знаешь, что сразу после войны Ирунг все окрестные земли перевернул, каждого младенца на учет поставил? Весь храм Мелаген линиями исчертил, сколько магических минералов перевел! Он сам мне говорил, что запах нечисти чувствует, а разглядеть не может.

Ничего ему вызнать не удалось, да и сколько лет прошло…

– А сколько лет прошло, как зло в Суйке затаилось? – спросил Насьта. – Сколько поколений сменилось, пока изошло оно оттуда?.. Нет, баль, все не так просто. Ирунга уже нет, но попомни мои слова: добром все это не кончится! Старик Анхель мне так сказал: гудит что-то. Гул какой-то стоит, словно кто-то огромный шевелится в земле, горы дрожат.