Она назначает жертву

Последняя версия имеет право на существование, потому что только в эту сотрудницу прокуратуры мужчина выстрелил трижды. Это была злоба или что-то другое. – Лисин оторвался от Мартынова, переместился к Горбунову и заявил: – Послушайте, ваше лицо так часто озаряет какая-то светлая судорога, что я склонен думать о том, что вы рады одному обстоятельству.

– Что вы имеете в виду? – переполошился заместитель прокурора.

– Я говорю о том обстоятельстве, что на момент происшествия вас не было в прокуратуре.

– Знаете, вы как-то странно начинаете расследование. – Горбунов раздулся, лицо его стало разбухать прямо на глазах.

– Хотите предложить свою помощь? – По лицу Лисина скользнула тень иронии. —

Обойдемся без сентенций

Обойдемся без сентенций. Так вот, на данный момент не представляется возможным выяснить, кого еще хотел застрелить преступник. Полицейские на первом этаже наконец-то услышали громкий женский крик и помешали стрелку. Однако смею предположить, что если у убийцы и осталась какая-то цель, то в единственном числе.

Мы знаем, что запасного магазина к пистолету у него не было, или же пользоваться им он не счел нужным. После посещения кабинета Хотынцева в магазине «ТТ» имелось только два патрона.

Лисин остановился напротив двери, распахнутой настежь. Через проем хорошо были видны и нога прокурора Хотынцева, вытянутая из-под стола, и окровавленное нижнее белье Голощекиной.

Он вздохнул, провел рукой по лицу и заявил:

– Я увидел все, что хотел.

Эксперты закончат свою работу, и я попрошу вас, Мартынов, организовать вывоз тел. На крыльце вас ждут четыреста журналистов и столько же родственников. Свяжитесь с начальником ГУВД и доставьте тела в морг без сопутствующих манифестаций. И последнее. – Лисин хищно оскалился и посмотрел вокруг каким-то желтым взглядом. – Я не могу запретить, поэтому прошу. Если кто-то из присутствующих передаст какому-либо репортеру хотя бы слово из тех, что здесь прозвучали, то я найду информатора и удавлю его.

Тишина на этаже стала еще более ощутимой.

Оглядев поле боя в последний раз и отбросив ногой огромную щепку, отколотую пулей от двери, следователь посмотрел на Мартынова.

– У нас с вами сегодня очень много дел. – Он поднял щепку, повертел ее в руках и осведомился: – Карельская береза?

– Карельская, – хрипло подтвердил прокурор города.

– Хорошо живете. Мне нужен кабинет. И еще два – членам моей бригады.