Она назначает жертву

В кабинете прокурора Лисин увидел электрический чайник, стоящий на окне, отключившийся и дымящийся через носик. Потом он выглянул на улицу и улыбнулся малышам, играющим во дворе.

– Гасилова, как ему сделают перевязку, сразу ко мне. Это в первую очередь, товарищ прокурор города. – Следователь облизнул пересохшие губы, протрещал в кармане фольгой, вынул оттуда белую таблетку и уложил под язык. – Никак не могу привыкнуть. В десяти шагах от меня лежат на полу три трупа, а в пятидесяти – пацаны играют в футбол.

Сидельников, позови Горбунова!.. Не одному же прокурору города здесь столбенеть, верно? – бесцеремонно начал он, едва увидел того в дверях. – Все материалы Журова, Хотынцева и Голощекиной за последний год передать капитану полиции Сидельникову.

– Я так понимаю, для проверки? – уточнил заместитель. – Но я плохо представляю… точнее, совсем не представляю, как можно будет назвать проверку законной, если ее станет проводить сотрудник Следственного комитета.

Лисин продолжал смотреть в окно, потом вдруг резко развернулся, пронзил Горбунова взглядом и сказал:

– В этой суете я забыл сообщить главное.

 – Он сунул руки в карманы, шагнул к заместителю, и от этого приближения стокилограммового тела Горбунову сразу стало неуютно. – Если кто-то здесь считает, что я превышаю свои полномочия, то он вправе обратиться к генеральному прокурору. Жалоба должна быть составлена следующим образом: «Я, прокурор города, руководитель органа, в который неизвестный убийца пронес оружие и произвел расстрел троих сотрудников, залив кровью пол целого этажа, считаю действия следователя Следственного комитета Лисина чересчур жесткими, а оттого незаконными».

– Я сейчас распоряжусь насчет материалов, – сообщил заместитель Мартынова, и по его лицу снова пробежала искорка какого-то счастья, неуловимая невооруженным глазом. – Это все, или будут еще указания?

– Нет, это не все, – пожевав губами, пробормотал Лисин. – Я заметил на втором этаже актовый зал.

– Есть такой, – подтвердил Горбунов.

– Через два часа там должны быть все родственники убитых, живущие в этом городе.

Искра не добежала и до середины пути, потухла, словно наткнулась на ручеек пота. Лицо заместителя стало грустным и озабоченным. Его щеки обвисли, глаза сделались бездонными.

– Я прослежу, – прохрипел Мартынов.

– Нет, этим займется ваш заместитель. У нас сейчас будет много работы, как я и обещал. Теперь я хочу, чтобы все входы в прокуратуру были блокированы.