Гидра

Глаза ввалились, вокруг них пролегли темные круги, морщины будто бы стали глубже и длиннее, кожа стала бледной, а взгляд каким-то смертельно уставшим. На щеках выступила колючая светлая щетина.

– Да ничего, спокойно, товарищ старший прапорщик. – Троф похлопал по ногам. – Давно только я не бегал кругами.

– Зажирел! – Улыбнулся Пиночет.

– Только вот эти зайцы с мышами пару часов назад дружно бежали на северо-восток. – Троф задумчиво почесал затылок. – Что-то их вспугнуло, но что, понять не могу. Я думал, пожар, но огня нет… Да и гарью не пахнет, небо чистое.

– А еще какие-нибудь причины могут вызвать такое перемещение?

– Не знаю… Пожар, наводнение, землетрясение. Стихия, в общем. Катастрофа какая-нибудь…

Не понравилось Саричеву это слово. Отдавало чем-то безысходным. Его что-то настораживало вокруг. Пока он не знал, что. Но что-то жуткое висело в воздухе. Хотя все было нормальным. Наступало утро. Взошло солнце, и оно уже потихоньку начало пригревать. На траве выступила обильная роса. Все было, как положено.

Кто-то чихнул на границе двух постов с той стороны склада. Это где-то на расстоянии пятисот метров.

«Что-то не так… Что?»

Саричев стоял и оглядывал местность. Обычное утро. Ну, не бегают мыши и из-за этого слышен каждый шорох и негромкий разговор часовых. «Черт побери, ведь слышны только звуки, производимые нами!.. Где все птицы?»

– Птиц нет. – Сказал он.

– Что? – Переспросил Тёпа.

Троф осмотрелся. Природа застыла, как фотография или картинка. Ни одна травинка не шелохнется.

Ни единого звука. Мертвая тишина… Ночью птицы замолкали, но к утру наполняли лес веселым щебетаньем. Но сегодня, в такой солнечный час, не было слышно ни единой трели или чириканья. Птицы пропали.

Пиночет стоял в напряжении. Ему казалось, что он стоит открытый со всех сторон, и невидимые прицелы берут его на мушку. Вот дух, надевший другую маску, взял его аккуратно на прицел. Он поднимает перекрестие с тело на его голову, успокаивает дыхание, кладет мозолистый палец на спусковой крючок и начинает плавно нажимать.

Теперь он слился со своим оружием, теперь они единое целое и готовы выплюнуть небольшой кусочек свинца. Саричев положил руку на пистолет, очень медленно отстегнул зажим кобуры и обхватил пальцами холодную рукоять.

КРРРРАААА!!!

Саричев припал на колени, вскинув пистолет в сторону звука. Два автомата прыгнули туда же. После гробовой тишины этот звук показался всем выстрелом. С фонарного столба сорвалась ворона и улетела.