Кто есть who, или Почем фунт лиха?

Выглядывая через калитку на улицу, она встревоженно поинтересовалась:

– Я щас слыхала, бутто у Хахарновых во дворе сибирка, и теперича скотину надоть дома держать? А чем, скажи, её кормить? А? Вот, попустил ты эту самую сибирку, вот и вези мне кормов. У меня ничего нету. Ни соломины. Кто виноватый, тот пускай и снабжат!

– Раиса Викторовна, а ты не замечала, как по ночам Хахарнов привозил овец из других сёл? – спросил Андрей, измерив взглядом «осудительницу». – Что, ни разу этого не видела? И никто из «Шанхая» не видел? Никто?

Та, отчего-то сразу же растерявшись, закашлялась и, помотав головой, маловразумительно произнесла:

– Ды-ы… Я ничо не видала.

Березинцев на это язвительно рассмеялся.

– Надо же! Она «ничего не видала»… Так вот, имей в виду: вы сами себя наказали, своим этим бараньим «ничего не вижу, ничего не слышу». Если бы хоть один из ваших, шанхайских, мне об этом сообщил, никаких проблем с карантином не возникло бы. Промолчали? Вот теперь и получайте по полной. Я у каждого вашего двора охрану не поставлю.

Подходя к своему двору, Андрей увидел направляющихся в его сторону помощниц. Валентина Юрьевна и Марина в халатах, с сумками на боку быстро шагали, что-то встревоженно обсуждая.

– Андрей Васильевич, так это, что же, у Хахарнова и в самом сибирка? – озабоченно хмурясь, спросила Марина. – И что же теперь будет?

– Да, что будет? – Валентина Юрьевна безнадёжно махнула рукой. – Карантин теперь будет. Ох, и мороки с ним! Как же это могло получиться? Мы же всё прививали, досконально! Откуда же она могла взяться, эта сибирка, пропади она пропадом?

Березинцев на это лишь устало вздохнул.

– Повторю тысяча первый раз: гарантия, что Хахарнов тайком завёз сюда непривитую, больную овцу. Но в Шанхае, представьте себе, этого «никто не видел»! Вон, только сейчас Наливайка мне претензии предъявляла, мол, раз нельзя скот выгонять на пастбище, вези мне кормов.

– А что, и в самом деле скотину нельзя выгонять? – расстроилась Валентина Юрьевна.

– Да, сегодня сельсовет должен дать такое объявление. – Андрей покачал головой. – Хотя… Это, скорее всего, паникёрство наших районных и областных чинуш. «Рогатка» – и крупная, и мелкая – вся привита. Вон, только что приезжали наш Хрупкий с Белых. Ну, Николай Евгеньевич – он, как бы, ничего, отреагировал спокойно.