Идущие по облакам

– Женечка, он только недавно поел. Давай я лучше тебе чего-нибудь положу, ты, наверняка, после дороги сильно проголодалась.

– Что правда, то правда! – прикусывая нижнюю губу сказала Женя и, указав своим длинным ногтем на мамин фирменный салат, добавила:

– Можно его?

– Нужно… – ответила мама, и положив салат, продолжила диалог:

– Ну как тебе наша новая квартира?

– По моему, даже очень хорошенькая. Мне, честно говоря, очень понравилась, прямо очень, очень!

– И мне. – оживлённо сказала мама, кивая головой.

– Сделаете ремонт и будет просто конфетка.

– Да, да, я это уже себе очень хорошо представляю! Самое главное побыстрее избавиться от этого хлама, который лежит у нас на лоджии.

– А вы не смотрели, может быть, там в стульях или столе сокровища какие-нибудь фамильные спрятаны? – сказала Женя и приподняла брови так, что лицо у ней стало наивное как у ребенка.

– Ах, если бы… – мечтательно вздохнула мама.

– Что вздыхаешь? Тебе чего-то, не хватает, живёшь в недостатке? Зачем тебе чужое? – нахохлился Виктор Сергеевич.

– Вот она, мужская логика, даже помечтать не дают! – выдохнула мама.

– Ничего Вы не понимаете, Виктор Сергеевич. В этом же есть свая романтика, держать в руках старинные вещи, которые принадлежали, какому-то человеку много, много лет назад. Которого, возможно уже даже нет в живых.

– Нет уж, хватит нам такой романтики! Вон, есть уже у нас одна старинная вещь благородного происхождения, соседка наша, Инга Арчебальдовна.

– Инона Альбертовна – поправил я отца.

– А…, какая разница. Всё равно антиквариат ходячий. Вот посмотришь на неё Женечка, и романтики тебе больше никакой не захочется.

Женя перестала жевать и пару раз кашлянула:

– У вас что, такая «милая» соседка?

– Увидишь, потом расскажешь свои впечатления. – улыбнулся отец.

– Ой, Жень…, да не слушай ты его. Лучше расскажи, как отдохнула?

И тут Остапа понесло… Казалось такое словоизвержение, переполненное бурей эмоций и жестикуляций, остановить было невозможно! Она рассказывала, и рассказывала, показывала фотографии, комментировала, а потом продолжала рассказывать… Со стороны казалось, что если ей чем ни будь заклеить рот, то от переизбытка впечатлений она просто взорвется или, в лучшем случае, закипит.

Время постепенно клонилось к вечеру, и вскоре наступила ночь. Мы уже достаточно пообщались, и даже Женя уже закончила рассказывать свои истории. Пришёл момент расходиться, и отдыхать от этого сумасшедшего дня.