Лихолетье

Кое-как добравшись до речных кустов, он устроился в густых камышах недалеко от воды и забылся голодным сном.

Разбудил его девичий хохот и плеск воды. Солнце уже почти скрылось за макушками ближнего леса. Поначалу насторожившись, беглец хотел дать деру, да, протерев очи, обомлел.

Здешние бабы и девки, возвращавшиеся, видно, с сенокоса, решили искупаться после жаркого дня. От такого разве сразу убежишь… Сарафаны и грабли валялись тут же, на берегу. В лучах заходящего солнца их тела искрились от летящих брызг.

Только когда одна из девиц выскочила из воды невдалеке от Тереши, он, устыдившись, стал отползать в сторону. Затем поднялся и пошел, неловко наступив ногой на сухую ветку.

Однако тихо уйти ему не удалось. Не прошел он в полный рост и дюжины саженей, как столкнулся нос к носу с парубком ростом не выше его. Парень появился неожиданно. Так, что Тереша, не успев опомниться, уже лежал придавленный к земле.

Нежданная встреча

Андрейка крепко держал Терешу за руки.

И ладно, что держал. Тот только и думал, как достать из-за онучи нож да пырнуть обидчика.

– Ты пошто по кустам прячешься? Озоруешь… – рычал он.

– Не твоя печаль, – прохрипел Тереша, – набросился сзади – тоже мне богатырь. Ты челом к челу сойдись, тогда увидим, кто ты есть.

Парень вдруг отпустил его и поднялся на ноги.

– Вставай. Сойдемся, как положено.

Тут беглец разглядел своего обидчика. Крепко сбитый голубоглазый парубок не старше его самого смотрел на него открыто, без злобы.

Не ждавший такого ответа Тереша даже забыл про нож, который теперь мог свободно выхватить.

А когда увидел, что тот скинул с себя рубаху, младая удаль заговорила в нем. Не захотел он уступать этому сытому незнакомцу. Так и схватились бороться.

Неслаб был Тереша, но одолеть парубка силенок не хватило. Снова оказался придавленным к земле.

– Твоя взяла, – вполголоса признал он. И скорее с досады взял да и выложил все начистоту: – Беглый я, иду, куда глаза глядят.

Ищу, где люди добрей. – Тереша зло поглядывал на Андрейку. Тот же, наоборот, смотрел по-доброму.

– Чего натворил-то, что бежать пришлось?

– Тиуну боярскому бока обломал… Мироеду проклятому… Бог миловал, не довел до греха.

– И то ладно, – Андрейка отпустил Терешу. Поднимаясь на ноги, огляделся по сторонам. – А как звать тебя, странничек?

– Терешей кличут.

– Доброе имя… Давай-ко, Тереша, побыстрей уходи, как бы бабье царство чего не прослышало.