Свет далекой звезды

– Я вообще говорю, – добавила я. – Так и буду торчать мертвым грузом?

Божена уставилась на дорогу. Не на мою, а на бледно-серое полотно асфальта. Да, я такие вещи просекаю с ходу.

– Есть предложения? – спросила она.

Я проводила взглядом зайца, остановившегося на середине своего кросса, и переступила через него. Почувствовала, как губы напрягаются, чтобы изобразить подобие кривой улыбки, однако сдержалась.

– А поискать? – поинтересовалась я.

– Считаешь, я об этом не думала?

– И что надумала?

– Ничего.

Плохо.

– И что теперь? – я потерла внезапно зачесавшийся нос.

– Идем домой, варим макарошки, ставим кино и спать, – произнесла Женька с безразличной грустью.

Мои щеки налились теплотой. Я опять ступила. Боженка отлично меня поняла, оказывается.

– Женя, так нельзя, – я попыталась придать себе примирительный тон, но получилось не очень удачно. – Носишься со мной, как… как… я не знаю.

– Тебе скучно? – спросила она.

– Да! То есть, нет! Мне тебя жалко.

– Алька, тебе со мной тесно? Ты хочешь разведать новые границы одиночества?

– Тьфу на тебя!

Я отвернулась. Снова мы ни к чему не пришли. Я и не надеялась, если честно. Тема была больно скользкая и противная. Но молчать о планах на будущее – значит похоронить даже мечту.

– Гуляй без меня, – предложила я. – Честно, я побуду сама! Ходи по кафешкам, библиотекам, заведи знакомства.

– Я уже думала, – ответила Божена, и я заткнулась. – Не хочу. Мне и тебя достаточно.

Насупившись, я шла молча, ожидая, что она еще скажет.

– Точно не хочешь? – спросила я.

– А тебе зачем?

– Потому что я хочу.

– Алька, я пока не думаю о собственной семье.

– Нет, я сама хочу. Встречаться с кем-то. Перестать быть одной.

Настала ее очередь молчать. Это всегда меня нервировало. Я очень боялась обидеть сестру.

– Тогда что ты меня тоже тащишь? – задала вопрос Божена.

– Ты же мой поводырь. А это, может быть, самая важная дорога, которую ты могла разведать. Для себя и… для меня тоже.

Наши переплетенные пальцы сжались. Живительная энергия любви наполнила меня. Спасибо, сестренка.

– Я не знаю, Алюнь, – неуверенно произнесла она.

– Жень, мне уже не страшно. Если ты не хочешь из-за меня, то не надо.

Божена поправила сумку, съехавшую с моего плеча.

– Молодая славянская женщина, не замужем, двадцать четыре года, ищет непьющего парня для серьезных отношений, – сказала она. – В спонсоре не нуждается и не хочет им быть.