Эльфовладелец

Несколько раз я попадал по столу, сдирая кожу с костяшек, молотил по земле, но не останавливался. Я бил и бил, наплевав на точность. Угодил в рожу? Хорошо. Промазал? Ну так сейчас наверстаем!

Калас размахивал руками, тщетно пытаясь защититься, и визжал как кот в марте. Я вцепился ему в горло, обезумев от ярости и мерзких воплей, но садисту раз за разом удавалось освободиться.

К сожалению, жирное больное тело подвело. Я быстро выдохся, и ненависть уже не могла дать достаточно сил. Каласу удалось оттолкнуть меня и выскользнуть из хватки.

Лицо старика было все залито кровью. Губы расквашены, нос набок, левый глаз успел заплыть.

– Дуэль! – завопил соседушка, выплюнув осколок зуба. – Это дуэль! Завтра на рассвете у старой мельницы! Только попробуй не явиться!

Я вздохнул и посмотрел на ладони. Эти ладони никогда в жизни, кроме вчерашнего дня, не держали боевого оружия. Почувствовал ли я тогда страх? Нет. Сожаление? Ни капельки. Хотелось ли мне вернуться на десять минут в прошлое и все исправить?

Не-а.

Я бы все равно поступил точно так же.

В сознание меня вернул окрик Ромэля. Дворецкий словно возник из ниоткуда. Просто появился рядом, в длинном кожаном плаще и сумкой на плече. В глазах слуги читался неподдельный ужас.

– Господин! Что произошло?

– Неважно. Отведи Триэль к доктору. Пусть сделает все возможное, но шрамов быть не должно. После – в мою комнату. Выполняй.

Я развернулся, чтобы уйти, но краем глаза заметил нечто необычное. Рабы на плантации отвлеклись от привычных дел и стояли как жерди по колена в воде.

И неотрывно смотрели на меня. Лица эльфов не выражали никаких эмоций, но по глазам становилось понятно – они напуганы.

Напуганы до смерти.

Вернувшись в спальню, первым делом достал из комода пистолет. Проверил на всякий случай, не заряжен ли он. Потом покрутил на пальце как заправский ковбой. Интересно, как у них тут дуэли проходят? Как в царской России или как на Диком западе? Или как-нибудь еще? Оставалось надеяться, что Ромэль соображает в этом деле.

Дворецкий пришел минут через пять. Бледный, словно простыня.

– Господин, – начал он дрогнувшим голосом. – Возможно, вы забыли, но по закону…

Я вскинул брови.

– Все рабы погибшего на дуэли достаются победителю. А господин Калас… Вы, я думаю, уже поняли, что он из себя представляет.

– А можно отказаться?

– Можно. Но отказ от дуэли равносилен проигрышу. У вас отберут не только рабов, но и титул. А вместе с ним землю.

– Значит, мы обязаны победить.