Лудингирра

Мой отец почтенный Тимахта – да будет к нему благосклонна Эрешкигаль[10 - Эрешкигаль – шумерская богиня загробного мира.] – уважал Утухенгаля и был одним из тех, кто возвел его на престол. И Утухенгаль, надев тиару, добро не забыл – сделал моего отца своей правой рукой. Все крупные закупки оружейной меди и строительного камня шли через моего родителя…

И как я теперь могу сомневаться в том, что Утухенгаль – правитель, дарованный богами нашему народу?! Неужто я последний глупец? Дамгула права: лишь достойнейший из мужей может стать пророком на троне!

Глава третья

Трижды обойдя колесницу, запряженную двойкой лошадей и окропив ее священным маслом, Дамгула молвила:

– Может тебе надеть тяжелую броню?

Лудингирра подумывал об этом с самого утра.

Но ему, было стыдно за эту мысль. Что скажет его верный слуга Эннам и остальные воины, если он пойдет в поход в усиленной броне? А известно, что скажут: «Глядите! Отвага покинула Лудингирру! Да… Нынче сыны Эреду не так храбры, как раньше!» Вдобавок еще и посмеются в спину. Нет, уж лучше я останусь в кожаном жилете с тремя медными пластинами. Так по крайней мере удобнее держать лук… наверное, удобней…

– Боги не дадут мне погибнуть! – бодро ответил он жене.

– Не изволь беспокоиться, госпожа! – отозвался Эннам. – Я быстрее отдам свою жизнь, чем позволю забрать жизнь моего господина!

Эти слова немного успокоили Дамгулу.

– Отец, можно я с тобой? – на бегу выпалил Нинмар.

– Ну, что ты такое говоришь, сынок! – Лудингирра обнял сына.

 – Не бойся за меня, обещаешь?

Нинмар кивнул головой.

– Все, господин, нам пора! – сказал Эннам и хлестнул лошадей.

Колесница со скрипом покатилась по пыльной дороге в сторону главных ворот. За городом Лудингирра присоединился к отряду колесниц. Пехота шла впереди. Замыкал войско отряд лучников. В закрытой повозке, усиленной тяжелыми бронзовыми щитами, ехал лично командир Лумма. Сидя на мягких валиках и глядя в решетчатое окно на каменистую пустыню он не терял даром время и подкреплялся бараниной и вином.

От напряженной работы челюстями у военачальника выступил на лбу пот. Но Лумма не обращал на это никакого внимания и продолжал свое занятие пока в дверь не постучали.

– Кто еще? – рявкнул он.

Дверь распахнулась и в повозку на ходу ввалился человек в грязной одежде простолюдина.

– А, это ты! – смягчился начальник войска. – Докладывай!

– Я со своими людьми дошел почти до самого Лагаша. У нас на пути лежат три селения.