Мышиный король

Вообще, я люблю рассказывать историю моих родителей. Они оба сироты. Выросли в детском доме. В одном детском доме. Вместе с детства. И столько построили вместе. Всегда вдвоем. А потом…

Она тепло и грустно улыбнулась.

– Мама не могла иметь детей, – продолжила девушка. – Папа от других женщин детей не хотел. И они просто взяли меня. Пусть и не в том же детском доме, но в другом. Суть не меняется. Взяли, воспитали, любили. Просто их было двое, а со мной стало трое. Как в красивой сказке.

– К счастью, такие сказки еще бывают, – совершенно спокойно прокомментировал Владимир Семенович.

 – И как мы с вами оба понимаем, мы прошли первый тест. Детских травм нет. Хотя… я должен был бы поинтересоваться, сколько лет вам было, когда вас удочерили.

– Год или меньше, – легко отозвалась Софья. – И еще вы должны были поинтересоваться, насколько глубокой травмой для меня стала их смерть.

– Не вижу смысла, – он снова улыбнулся. Похоже, консультанту нравилась их игра. – Зачем спрашивать об очевидном? Для нормальных людей потеря близких всегда травма.

– Теперь я должна спросить: доктор, а вы считаете меня нормальной? – немного язвительно осведомилась девушка.

– Я бы ответил в лучших традициях кино и книг, – шутливо подмигнул консультант. – Что вы! Я и себя-то таковым не считаю! А если серьезно, я не хочу вас ни о чем спрашивать.

Он стал серьезным и каким-то осторожным.

– Софья, – обратился он к клиентке. – Вы выглядите на удивление нормальной. Сильная, красивая, умная. И я точно знаю, что вы никогда бы не вошли в мой кабинет, если бы с вами не произошло нечто чересчур необычное.

Потому что вас выбить из колеи весьма непросто. Как такой же нормальный человек, как и вы, я невольно задумываюсь, а хочу ли я знать о настолько серьезных проблемах, какие не может самостоятельно решить столь адекватная девушка.

– Согласна, – тяжело вздохнула Софья. – Я бы сама не захотела это знать. Потому что…

Она замолчала. И как тут выложишь весь этот свой бред? Как в таком же простом ключе, как о погоде, можно рассказать о галлюцинациях и этих снах о якобы прошлой жизни? Подать как анекдот? Как же!

– Я попробую, – немного виновато сообщила она.

 – Начну, наверное, с того, что не приемлю мистику, эзотерику и всякое прочее такое. Я не боюсь таких вещей и даже не буду говорить, что в них не верю. Они просто никогда меня не касались. Я к этому безразлична. Была. Но теперь… Мне снятся сны.

И она немного сбивчиво, но четко, все же рассказала обо всем.