По ту сторону листа

Из-за стола поднялась тучная Наталья Николаевна.

– От лица… – она запнулась. Водка совершенно захватила ее. – Николай! Коля! Я тебя поздравляю!

Он знал эту женщину много лет, и ее тосты так и остались торжественно-советскими. Н.П. снова захотелось отключиться от торжества. Сделать это нужно было как можно скорее, пока Наталья не начала декламировать стихи собственного сочинения. От них Н.П. неизменно становилось неловко. «Как она может читать это вслух?» – удивлялся он и краснел, как в детстве, когда старший брат целовал при нем и родителях свою невесту.

Испанский стыд. Наталья прокашлялась. «Началось…» – подумал Н.П. и заблаговременно покраснел.

– Желаю вам успехов и здоровья

В вашей жизни, а также и в труде,

Желаю, настроение чтоб хорошее

Не покидало никогда вас и нигде.

Н.П. посмотрел на Витю. Взгляд товарища был полон тоски и скуки. Он понимающе кивнул и подмигнул. Оба улыбнулись.

Антон вошел, когда Наталья Николаевна закончила поздравительную речь, и шутливо раскланивалась аплодирующим гостям.

– Не знал, что вы так ждали, а то свинтил бы с работы пораньше, – он поздоровался с родителями, поцеловал Алису и подошел к деду.

– Привет! Поздравляю тебя!

Антон с апломбом протянул ему небольшой сверток: «Дарю тебе, дед, не ерунду какую-нибудь, а вторую молодость!»

– Только спрячь пока, при всех не открывай. А то начнется тут… – шепнул он деду на ухо.

Антон пожал ему руку и, взяв стул, втиснулся между Алисой и отцом. Зоя снова ушла танцевать, утащив за собой Наталью и Алису.

Тост за тостом гости желали имениннику здоровья. Антон объявил, что после его подарка дед просто обязан застать еще его, Антона, правнуков. Н.П. с умилением смотрел на гостей. По обеим сторонам от него сидели сыновья с женами, за ними их дети, тоже с женами, Сашина дочь – без мужа пока. Олеся вернулась за стол, неся на руках затихшую Лизу. Дальше сидели коллеги и товарищи. Напротив Н.П. на другом конце стола – Виктор Александрович с женой, Витька. «Вот она, жизнь, – подумал Н.П.  – По этапам. Годы. Поколения».

«Все переменилось. Дети повзрослели, постарели даже. Жена… – он силился вспомнить, почему когда-то выбрал именно ее, но все, что приходило на ум, сейчас казалось ненастоящим. Даже Витька. Раньше – спортсмен-гиревик, а теперь – еда по расписанию, лекарства и процедуры. Старый ипохондрик». Его тосты противно слушать. «Теперь только о здоровье».

В зале стало душно и шумно. Начались громкие споры о политике, медицине, маленьких пенсиях.