Дорога в вечность. Иудей

Это был высокий, метра два ростом человек, широкоплечий, коренастый, с огромными, похожими на кувалды руками. Ясные, чуть суженные зелёные глаза, казалось, могли видеть сквозь стены. Длинноватый нос с горбинкой выдавал в нем грека либо еврея. Остренькая, небольшая, аккуратно подстриженная борода и небольшие усы цвета белого серебра искрились в падавших на них солнечных лучах. На вид ему было лет пятьдесят.

– Доброго здравия, – пробасил дед.

Увидев эту картину, Костя от неожиданности потерял дар речи и долго не мог ответить на приветствие.

– Доброе утро, – наконец поприветствовал он гостя не сводя с него глаз.

Осмотрев журналиста с головы до пят, незнакомец нахмурился, видимо, недовольный увиденным. Взгляд у него был острым, цепким – так, наверное, смотрел бы гордый независимый орёл.

– Вот, смажь раны, – из темно-коричневого, странного на вид походного мешка, сделанного из кожи, старик извлёк золотистую коробочку с какой-то жидкостью. Открыв крышечку, он протянул больному лекарство.

– Что это? – почти шёпотом спросил Костя.

– Бери, лечись и не перечь мне, плохого я тебе не желаю и зла не сделаю.

Колесникову очень хотелось возразить, но тон был таким приказным, не терпящим возражений, что он почувствовал себя пятилетним ребёнком, которого могут наказать за непослушание. Взяв зеленоватого вида мазь, поплёлся в ванную лечиться. В зеркале отразилось уставшее лицо, разукрашенное, как картины Пикассо. Проведя рукой по затылку, обнаружил ещё и огромную шишку.

«Вот гады! Гопники, долбаные паскуды! Бьют, не жалея сил!» – ругнулся он.

Поднеся ближе к глазам, если эти щёлочки можно было назвать глазами, стал рассматривать коробочку. На ней были изображены два ангела, которые держат в руках огромные трубы. Взоры их были устремлены к нарисованной выше звезде. Костик хорошо разбирался в драгоценных металлах и сразу понял, что эта вещь сделана из золота высшей пробы и весит грамм 300.

«Интересно, откуда у этого деда столько денег и как он не боится носить её с собой? » – мелькнула мысль.

Когда открыл крышку, в нос ударил резкий запах палёной травы смешанный с запахом лука. С большим недоверием Колесников всё же начал наносить сие месиво на огромный синяк . Попав на тело, мазь вдруг стала очень холодной, но через пару минут потеплела, как будто к больному месту приложили грелку.

«Да что это за гадость? » – сам у себя спросил Костя и посмотрел на коробочку с таким видом, как будто ждал от неё ответа.