Звездные мемуары астронавигатора

Так что- игрушка моего внука – весьма ценная вещь! – важно добавил он, пряча подарок в карман.

Нейон Ти представился. Оказалось, что старичка зовут Бугель, что сына старичка зовут Крюйс, и он на огромном грузовике возит в ночное время железные болванки с завода куда – то в сторону ракетодрома, а сейчас его сын отдыхал дома перед рейсом.

Нейон Ти не успел расспросить про ракетодром. Бугель устал от своей словоохотливости и встал со скамейки, вспомнив, что время лечебной прогулки внука истекло. При этом Бугель успел еще сказать, что сын его гордится своей работой и гордится тем, что у них с женой, работающей на заводе, каждый месяц высчитывают из зарплаты на содержание растильни и обучальни, из которых они вышли, на содержание старильни, в которую они попадут, на пополнение энергозапасов планеты, истощенных орбитальными рекламными экранами.

Он вместе с ними гордился, что они вносят свой вклад в галактическую славу планеты и радовался за внука Тино с его банкой на веревочке.

Старичок позвал внука и похлопал на прощание Нейона по плечу:

– Ну вот, чужепланетянин, я пошел, а ты привыкай к нашей жизни, сиди и смотри на экран, любуйся.

Скоро ты будешь гордиться всем этим, как мы.

Он повел внука домой, не замечая ни обшарпанных стен, ни грязных балконов, ни ржавых дверей. Стоявший во дворе экран заливал все вокруг яркими красками, несмотря на солнечный день. Бугель с внуком скрылся за дверью второго подъезда, которая жутким скрипом выразила недовольство тем, что ее побеспокоили.

Нейон Ти не собирался смотреть на экран. Он сидел и ждал приближения стрелки часов к черному сектору. Спасительные таблетки помогли скрасить ожидание. Он не ошибся в своих ожиданиях.

Сын оказался похожим на отца и в его чертах уже проглядывались признаки сухонького старичка, когда он выходил из подъезда под скрежет потревоженной двери. В один миг Нейон Ти оказался перед ним и сразу начал:

– Ты Крюйс? Мне нужна твоя помощь. Помоги мне добраться до космодрома.

Мне необходимо быть там.

Видимо, отец рассказал сыну о встрече, и он с интересом разглядывал настойчивого незнакомца, почти ровесника, следовавшего за ним по пятам. По походке Крюйса и его движениям было видно, что он больше привык слушать в своих дальних рейсах, чем говорить, ничем не отличаясь от дальнобойщиков любого уголка галактики

– Да, – кивнул он головой. – Мне отец говорил. Я отвезу тебя туда, даже если бы ты этого не хотел.