Возвращено на доработку

Торговать мы к тебе не впишемся – уж не обессудь! Случаи бывают разные, а жизнь одна! По-свойски научим, подскажем – да. Но торговать – сам! Здесь только твоя ответственность! И если кто пообещает – найдутся, скажем, лихие чингачгуки на чужих бабках порезвиться – не верь и гони!

Простились, и я вышел с ними поглазеть и послушать фирменный басовитый выхлоп суперкара.

– Что за клоуны? –

Это был тот самый тип, я его видел рядом с Геной раз или два.

Нас никто не знакомил, и я, по большому счету, вполне мог его не знать.

Так ведь и не знал! Поэтому я с большим удовольствием отвернулся и зашагал прочь.

***

Вечером я сидел уже перед Седым в одном из его ресторанов.

Я никогда не хотел быть ресторатором. Гена, полагаю, даже не мечтал. Рестораторы, скорее всего, тоже не мечтали его у себя лицезреть, но исправно приглашали.

Нет он не был ресторатором. Это рестораторы были ему чем-то обязаны. Судя по приёму, обязаны были очень многим.

Он выслушал меня молча.

– Значит, ты собираешься выиграть у казино да ещё просишь на это деньги!

Я понял, что подробнее объяснять бесполезно.

Весь мой краткий экскурс в тех анализ, быков, медведей и рост объемов торгов в стране – всё это мимо! Должен был попытаться. Я попытался.

– Значит так! – Гена подвёл итог. – Во всю эту кухню я лезть не хочу – брокеры – херокеры. Сам на себя счета открывай – куролесь, как хочешь! С деньгами совсем попутал? Это ты мне должен! Не забыл, часом? Приносить будешь наличкой! Хотя бы вот прямо сюда.

Место хорошее – хоть покушаешь. – Седой зло усмехнулся. – Всё, разговор окончен!

– Сладкую парочку из квартиры моей можно убрать?

– А что? – Он изобразил удивление. – Не нравятся?

Задумался.

– Ладно, сейчас позвоню им.

Глава 9. Когда не во время значит совсем

Время: минус двадцать лет.

Здесь герою прилетает ещё, а он и сам хорош

Я открыл дверь квартиры и, чуть не сбив с ног, с воем и слезами на меня бросилась Света!

– Где ты был? – Она пыталась сказать что-то ещё, но не могла, только ревела и всё время повторяла: «Где ты был?»

– Да что случилось-то? Где Лёшка?

– Спит.

 – Она истерично всхлипывала, словно задыхалась.

– А эти двое?

– Ушли. – Она вдруг успокоилась и перестала рыдать.

– Максим, я дала здоровому! – Она буравила меня заплаканными глазищами и поджимала губы, а они всё норовили высвободиться распуститься и опять заплакать и всё здесь зареветь.