Жил да был один Король. Повесть. Рассказы

Сегодня днем к нему в подкрепление подошла рейнская панцирная пехота. Они уже готовятся к бою, стучат топорами, лестницы готовят, шесты и прочее… Нам не устоять.

– Людей жалко. Имперцы никого не пощадят.

– Государь. – Вельможа понизил голос, – Не обессудьте. Рейнской пехотой командует Мрачный Маркграф. В лагере Герцога разбит серебренный шатер Отверженной Королевы.

– Умеете Вы, Милорд, поднять настроение. – Сварливо пробубнил Король и от души сплюнул.

Солнце клонилось к закату. Ясный и морозный, зимний день короток.

«Что там сейчас творится», – с горечью подумал про себя Король.

– Делать нечего. – Твердо сказал Его Величество, – уходим сегодня в полночь. Отход прикроет Молодой Рыцарь. Он юноша бравый, с мозгами, удачливый. Даст бог, выскользнет из смертельной удавки.

– Раненые? Их более двух сотен человек. А еще есть женщины и дети.

– Оставим с полудюжиной монахов, на милость победителей. Все мы в воле господней.

– В полночь, одновременно с нами, Государь, пойдет на прорыв гарнизон Аббатства – Маршал с отрядом и Отец-Настоятель с братией. Гонцов к ним я уже послал. Обитель – в огонь.

– Ладно…

– За ночь, бог даст, оторвемся миль на десять. За день мы должны пройти ещё двадцать миль, выйти к переправам и бродам на Великой Реке. Там встретиться с отрядом из Аббатства. Река – граница Империи. После переправы обоз и войско распустить. Не дети. Дальше каждый за себя.

– Да… Конец Королевству.

– Государь. Вас со свитой и охраной готов принять Лесной Барон.

– Дожился. – Буркнул монарх.

– Там все и обсудим.

– Ладно.… Но, не обольщайтесь, Милорд. Чует мое сердце, что на марше не миновать нам встречи с аварской конницей.

– Я готов сражаться, Ваше Величество.

– Я знаю. – тихо сказал Король, положив руку на плечо своему Первому Министру.

Гладко было на бумаге…

В целом-то, конечно, ушли.

Но Молодой Рыцарь погиб в Замке, прикрывая отход гарнизона. Его юное воинство, состоящее из мальчишек, тоже полегло, честно выполнив свой долг.

А на переправе обоз настигла аварская конница. Последние воины и беженцы уходили через броды уже под ливнем стрел. Не всем, далеко не всем, повезло.

Маршал – умница. Свистнул, собрал вокруг себя всех, кто рядом был, и кинулся в лихую контратаку. Степняков ненадолго отогнали. Через Реку авары идти не посмели, хотя у них в тылу, на горизонте, уже пылила имперская пехота, поддержка.