Путь. Часть 3. Последняя мысль

Ас почувствовал себя совершенно обновлённым существом, умиротворённым и ясно мыслящим, знающим и видящим свой путь, а главное – цель пути. Все чувства обострились. Казалось, он слышит всё и всех в этом закрытом мире, видит каждое существо и ощущает его мировосприятие, переживания и боль. А боли в мире находилось огромное количество. Подобно бескрайнему океану она плескалась и пенилась в душах живых существ, населяющих мир. И послушник был призван унять эту боль, а при невозможности – обязательно поглотить.

Ас поднялся на ноги. Это был уже другой человек, не тот непокорный юнец, постоянно спорящий с наставником, старающийся подвергнуть сомнению каждую прописную истину. Теперь монах мог сам познать истину и донести её каждому жаждущему разуму. Вся мудрость, услышанная от наставника, обрела образы, укладываясь в сознании Аса целым учением жизни, благодаря которому жизнь эта обрела смысл. Послушник невольно улыбнулся, вспомнив, насколько был неразумным, споря со своим учителем, живущим в этом мире уже не одну тысячу лет, причём под совершенно другим именем, которое никогда не слышал.

Но и сейчас, обладая частицей искры Света, ученик так и не сумел познать этого имени.

Вспомнив о наставнике, Ас захотел немедленно его увидеть. Послушник внезапно осознал, что, скорее всего, обладает сейчас последней возможностью посмотреть в самые дорогие его сердцу человеческие глаза, несущие в своём взгляде только заботу и понимание. Новый обладатель искры Света посмотрел на Квита, чтобы попрощаться и как можно быстрее убежать к старику, которому был обязан за все приобретённые знания.

Но ночной гость не обращал на монаха никакого внимания, продолжая смотреть на небесное тело, тускло отражающее свет жёлтой звезды.

Квит виделся теперь Асу совершенно иным, вовсе не загадочным, а уставшим от вечного голода упырём в прошлом, обретшим покой, благодаря искре Света, что продолжала сиять в тёмной душе. Ночной гость наслаждался каждым мгновением бесценного умиротворения, и от того был счастлив.

А теперь и он, послушник храма, терзаемый тревогой и гнетущими мыслями, получил право на покой, прикоснувшись в чертогах Света к кристаллу – изначальному вместилищу первой частицы светлого столпа Сущего.

Прикосновение к граням кристалла позволило разделить искру на две части по воле Творца, и она сразу уняла гнетущую тревогу монаха, ранее не дающую не то чтобы жить, а даже спать.