Разумению не подлежит. Антология необъяснимого

Вот, смотрите, учитесь. Повёл рукой вправо — барсуки по-медвежьи заревели, щеглы закаркали, вороны соловьиными руладами разлились. Повёл рукой влево — на дубах вместо желудей рябиновые гроздья заалели, а желуди на осинах вызрели, берёзы же сосновые шишки усыпали… «Ну что, — спрашивает, – каков я?».

Молчат скоморохи. Да, с дьяволом не потягаешься, всё равно он верх одержит. И признали они свое поражение.

— То-то же, — резюмировал повелитель рати нечистых. Но похвала и его слух ласкала. Расщедрился от прилива чувств – взял и подарил притихшим потешникам Серебряную маску.

Таинственная маска

По поводу этой маски легенды порой противоречат друг другу. Одни утверждают, что если человек надевал её, то более талантливого лицедея мир не видывал. Он мог рассмешить даже стог сена или куст сирени, про зверьё и говорить нечего: оно чуть ли не в истерику приходило от понятных только ему шуточек. Рыбы в реках и озерах настолько обалдевали, что сами шли в сети или на крючок, а волки – в капканы.

Бери, что называется, голыми руками.

Но Серебряная маска приносила не только удачу в профессиональном плане. Вроде бы она позволяла ещё и превращаться в невидимку, переноситься в прошлое и будущее. Если это было на самом деле, то бродячие комедианты просто какие-то уникумы.. Мастера на все руки. Или тот, кто слагал легенды о потешниках, тоже обладал недюжинным чувством юмора?

Как бы там ни было, а Замри-гора испещрена глубокими шрамами. В былые годы здесь не протолкнуться было от черных копателей, которые искали не что-нибудь, а именно Серебряную маску.

Значит, в неё верили. Согласно одним рассказам, она была спрятана здесь и давалась в руки лишь раз в году — в ночь на Ивана Купалу. В то же время существует и другая версия: маску эту скоморохи передавали из рук в руки — при смене поколений. Где сейчас она — тайна за семью печатями.

Раздвоение Лены

Вершина холма заросла густым бурьяном. Это свидетельствовало о том, что его давно уже никто не посещал.

Следов кострищ тоже не обнаруживалось. Как и папоротников, которые, как гласит народное поверье, цветут именно в ночь на Ивана Купалу.

Ровно в полночь далекая зарница разорвала черный крепдешин неба. И всё вокруг переменилось. Только один костер, вокруг которого расселись современные скоморохи, горел, как раньше.

Сашка-Домрач и его жена Лена отошли на несколько шагов. Они не держались за руки — и это была их непростительная ошибка.