По ту сторону космоса

Конструктор потряс его за плечо, и в тот же миг получил туповатый удар в руку, болью отдавшийся в его сердце.

Уренсон резко схватился за сердце, и чуть было не потерял сознание. Но усилием воли удержался на месте и тихо спросил:

– Ретфорд, вы в порядке?

Летчик молчал, тупо уставившись на приборную доску своими открытыми глазами.

– Что случилось? В чем дело? – допытывались журналисты, пытаясь ближе пробраться к конструктору и даже взобраться на самолет.

– Уходите, – распорядился Уренсон, – интервью не будет.

Кто-то тут же стал набирать номер и вызывать помощь.

Уренсон взглянул на девушку.

Та была бледной, но все же держалась.

– Думаю, вам тут делать больше нечего,– замахал руками конструктор, – полет прошел успешно, испытания завершились. Что же касается летчика, то это просто нервная перегрузка. Поэтому расходитесь и не мешайте заниматься человеком.

Где-то вдали послышался вой сирены   и, вскоре на взлетную полосу подъехала машина скорой помощи.

Доктор быстро взобрался на крыло и достиг кабины. Пощупав пульс, он в недоумении посмотрел на конструктора и тихо сказал.

– Он мертв. Как же он посадил самолет?

– Это случилось, очевидно, сейчас, – сказал с небольшим ударением на слове сейчас Уренсон и пристально посмотрел на доктора.

– Да, да, – поспешил заверить тот, понимая, что сейчас разглашение тайны вовсе не нужно, – скорее сюда, – отдал распоряжение двум санитарам и отошел немного в сторону.

Вскоре тело пилота вытащили из кабины самолета   и погрузили в машину.

– Доктор, одну минуту, – подозвал  явно оторопевшего по сему случаю врача Уренсон.

– Да, я вас слушаю.

– Пришлите сюда еще машину. Только сделайте так, чтобы это было меньше заметно. Пусть она подойдет к передвижному пункту, – и он указал рукой в том направлении.

– Что-то еще случилось? – в тревоге спросил врач.

– Да, – кратко ответил Уренсон и, молча, отправился к своему рабочему месту.

– Хорошо, – только и ответил доктор, садясь в машину и увозя пилота.

Журналисты, в нерешительности потоптавшись на месте, вскоре разошлись, и на взлетной полосе наступило временное затишье.

Но вот, совсем скоро вновь завыла сирена, а за нею сразу еще несколько.

Все поле вмиг было оцеплено, а к месту происшествия стали стекаться люди разных профессий и должностей.