Недописатели

Где они? Где?

Когда я проснулась, время было далеко за полдень. Хвала богам, раннего подъема и чересчур активной зарядки пока больше не предвиделось. Но произошло кое-что гораздо более серьезное.

– В доме завелась крыса! И я ее найду! – возмущенно лазила по шкафчикам я, надеясь уверить себя в том, что ошибаюсь.

Степан, как всегда, сидел спокойно за столом и попивал свой очередной «грудной сбор», от которого у меня кипятились ноздри. Марго устроилась на диване с книгой в холле и делала вид, что читает, но на самом деле пялилась на мою истерику и ухмылялась.

Да, предлог для разведения воплей оставлял желать лучшего. Но я же вчера положила целых три миндальных печенья на кухонный прилавок и сказала, что это мое. А сегодня от них остались лишь крошки, напоминающие о сочно пропитанных коржах и ореховом вкусе…

– Это я съел, – признался Тимур, выйдя из спальни и плотно прикрыв за собой дверь.

– Ах вот как! Ну, знаешь… – если честно, я растерялась.

– Тебе жалко, что ли, для друга? – кинул мне вслед Тимур, когда я выходила в беседку.

Не стала ему отвечать, уселась на деревянную скамью и подставила руки под голову, облокотившись на стол. То был неожиданный поступок, даже от такого заумного парня как Тимур. Не сомневалась в том, что это очередной ход в игре с его стороны, на который я отреагировала слишком мощно.

Но мои печенья…

«Поплакали» и забыли. Я оглянулась во двор, обвела взглядом весь периметр «Смороды». Писательский городок давно проснулся и активно существовал.

Несмотря на то, что тематика конкурса – «Психокниги», я совершенно не подозревала, с кем окажусь здесь. База отдыха, где находилось так много разных творческих людей, напоминала психлечебницу. Хотя бы взять вон ту девицу, вскарабкавшуюся на дерево. Зачем? Ей там легче пишется. О ней я узнала вчера, на первой лекции. Да и об остальных участниках резиденции тоже: лектор решил поддержать контактную беседу, задавая слушателям каверзные вопросы.

Помимо русалки на ветвях я увидела парня, лежащего на траве.

Видите ли, он медитировал в позе «Шавасаны», наполняясь вдохновением и энергией. Была группка людей, тусующихся у статуи овце (да, даже такая тут есть).

– Надо записать! – послышалось оттуда, и девушка побежала в свой домик.

Ее тоже знаю: каждый раз, когда ей приходила в голову мысль, она мчалась за ноутбук и начинала неистово шуршать по клавишам. Это был ее способ писать. Мой способ писать никак не хотел проявляться.