Дело о неприкаянной душе

А поскольку нарушить свое слово ангелу никак нельзя, то… ну, в общем, ясно. И вот сейчас он пришел выполнить обещание. А тут какой-то синяк!!! С дяди станется отложить поход. Пришлось его уламывать:

– Я ведь почти взрослый! Мне скоро сто двадцать стукнет! Пора бы уже и о профессии подумать. Может, я в министерство работать пойду?

Ангел печально вздохнул.

– Хоть ты и черт, но я тебя все равно люблю. – Это тоже была одна из наших с ним дежурных шуток. – Ладно, раз уж пообещал взять тебя с собой, то обещание надо выполнять.

Но это в первый и последний раз!

Я радостно гикнул, подпрыгнув метра на два вверх.

– Не скачи. Дай-ка на твой синяк посмотреть. Стоило бы оставить его тебе в педагогических целях, но сейчас…

Дядя слегка прикоснулся к моему синяку и закрыл глаза. Я почувствовал, как от кончиков его пальцев идет приятное тепло. Через мгновение от синяка не осталось и следа.

– Здорово! – Я потрогал то место, где еще секунду назад красовался фингал. – Вот бы мне так научиться! Подрался, раз – и никаких следов! – Едва я это сказал, как понял, что сболтнул лишнее.

Последнюю фразу при дяде точно говорить не стоило. Он все-таки ангел.

– Та-а-ак! Значит, ты хочешь научиться лечить не для того, чтобы помогать, а чтобы скрывать свои проступки?!

– Нет, дядя, конечно, лечить! Я всегда рад помочь, но ведь иногда немножко можно и для себя чего-нибудь сделать.

– Вот она – чертова порода! Сразу видна.

Я рассмеялся. Дядя обличающий выглядел слегка забавно. Становился чуть-чуть похож на грозного Михаила.

Вот уж ангелочек был. Им до сих пор детей пугают, то есть чертенят. Слава Бо… э-э… вот ведь наслушался дядю! Чуть-чуть запретное не произнес. В общем, слава всем, что та пора давно миновала и между ангелами и чертями установился мир.

Дядя на мой смех не обиделся. Только фыркнул.

– Все смеешься? А ведь я серьезно. Использовать свои таланты…

– Дядя, мы идем в министерство или нет?

Тот вздохнул.

– Какой ты нетерпеливый, Эзергиль. – Он взмахнул своими белыми крыльями, обдав меня потоком воздуха.

Какая-то сила вдруг подхватила меня, подняла, закружила. Только раз я летал с дядей… Наверное, если я и подамся в ангелы, то только из-за полетов. Кто никогда не летал, тот не поймет моего восторга. Я раскинул руки навстречу ветру. Я хохотал и плакал. Я был ветром и солнечным лучом. Но вот полет оборвался, и мы оба уже стоим на земле. Это нечестно!!! Нечестно!!! Я еще хочу!!! Я хочу летать всегда! Вечно!

– Ау! Мы приехали.