Солнце всходит на севере

– Не стоит брать у него серебро, – вполголоса сказал Арнбьорн, наклонив голову к стоявшим рядом Торстейну и Стейнольву, двум самым знатным бондам. – Наверняка они кого-нибудь ограбили по дороге сюда. Иначе откуда у них серебро?

Те в ответ согласно закивали.

– Разведём их по разным домам, – предложил Стейнольв. – Мало ли что у этих викингов на уме.

3.

Хутор составляли четыре длинных дома, к которым лепились со всех сторон хозяйственные постройки и хижины батраков. Один дом принадлежал Арбьорну, другой приёмному отцу Ингвара Торгрейву, два других – Стейнольву и отцу Асню Хравну.

Дома стояли, вытянувшись в сторону фиорда, по углам ровной площадки, и по прямой расстояние между ними было не больше двадцати шагов.

Как уговорились между собой хозяева, гостей развели по разным домам. Само собой, Арнбьорн позвал Хёскульда к себе. Но поскольку погода была тёплая и сухая, вечернюю трапезу устроили прямо на улице. На свободном месте между домами разложили несколько костров и вокруг них на брёвнах расселись хозяева и гости.

Тут же на вертеле жарили дикого кабана, которого днём добыли охотники, и аромат жареной дичи расползался вокруг, дразня аппетит. Рабы срезали куски мяса и раскладывали их на большом блюде, которое потом обносили по кругу и каждый брал сколько хотел. Из домов выкатили бочонки с пивом и брагой. Рабы черпали напитки большими деревянными ковшами и точно так же обходили сидящих по кругу, наполняя их кубки.

Хёскульд сидел рядом с Арнбьорном, по правую руку от него, без плаща, в простой белой рубахе и, разумеется, без оружия.

Дальше за ним разместился Торгрейв, а по левую руку от Арнбьорна – Стейнольв и Хравн.

– Вижу, не так уж плохи ваши дела, как ты говорил мне утром! – Хёскульд с усмешкой прихлёбывая пиво, кивнул на блюдо с мясом, которое обносили уже по четвёртому кругу.

– Сегодня повезло, а завтра может быть по другому, – тоже расплываясь в улыбке и погружая усы в пену, переливающуюся через край кубка, отвечал Арнбьорн. – Охотники затравили кабана и двух оленей.

А зерна в амбарах нет совсем. И вяленой рыбы тоже.

– Да ладно, – наклонившись к Арнбьорну и хлопнув его по плечу, сказал Хёскульд, – мы не в обиде. Мы зашли на ваш хутор, потому что он ближе всего к входу в фиорд. Ничего, поплывём дальше, может в другом месте люди окажутся сговорчивей.

Арнбьорн отрицательно покачал головой.

– Нет. Урожай повсюду был плох.

Остальные бонды согласно закивали.

– Да, так и есть. Так и есть.