Обретение дома

 – А многие ничтожества очень не любят тех, кто вот так неожиданно выбивается вверх и не по заслугам, по их мнению, забирает себе все лавры. Кто-то называет его везунчиком, а все его победы – прихотью фортуны.

– А вы, граф, так не считаете? – Любопытство победило даже страх перед Танзани.

– Я провел рядом с князем много времени. Везение у него есть, но оно совершенно не определяет его успехи. Но в чем они заключаются, я вам сказать не могу – это трудно объяснить. Вы сами поймете, когда познакомитесь с ним.

Одно могу сказать: он очень необычный человек, которого сильно потрепало в жизни. Не каждый из тех, кто уже в летах, пережил столько, сколько досталось ему. Потому порой кажется, что князь совершенно лишен эмоций.

С ума сойти! Риола даже рот открыла от удивления. И это говорит придворный, которого в королевстве за глаза называют ледяным графом. Если уж Танзани считает, что этот князь лишен эмоций…

– Не пугай девушку, – поморщился герцог. – Риола, уверяю, все не так страшно…

В дверь, прерывая разговор, постучали.

Граф неторопливо вышел из комнаты, но тут же вернулся.

– Его величество ожидает вас, баронесса.

Риола нервно вернула в вазочку взятое только что оттуда яблоко и поднялась из кресла. Разгладила простоватое платье. Тоскливо посмотрела на себя в зеркало – служанка какая-то, а не баронесса. Ну почему именно это платье?! Утром так торопилась, что оделась в первое подвернувшееся. Впрочем, выбора особого не было: одно платье все еще сохнет, из второго она уже выросла, осталось только это.

Есть еще мужские костюмы, но в них на прием к королю не пойдешь.

Дорога по замку до кабинета короля показалась Риоле худшей в ее жизни. Ей мнилось, что все встречные разглядывают ее, изучают бедное выцветшее платье, презрительно морщатся, а потом шепчутся у нее за спиной. Впервые в жизни ей было стыдно за свою бедность. Даже понимая разумом, что на нее обращают внимание не больше, чем на других, она все равно не могла отделаться от ощущения, что над ней смеются.

Герцог с графом не замечали ее мучений и не спешили помочь. А может, и замечали, но… плыви или тони самостоятельно. Так Риола и расценила их безразличие и рассердилась. А гнев помог взять себя в руки.

– Рада приветствовать вас, сир, – склонилась она в почтительном поклоне перед сидящим в кресле юношей.

Глава 2

Никогда еще Риола так не волновалась.