Другая. Украденная душа

Маша сказала, заглянув ему в глаза:

– Ты ведь меня не бросишь? Я никого не знаю в этой Самаре!

– Для начала, давай где-нибудь поедим. Ты есть-то хочешь? – Родион изобразил, как хлебают ложкой.

– Не знаю, – Маша задумалась, вслушиваясь в себя. – Наверное, хочу.

– Пойдем ко мне. Я хорошо готовлю.

Маша усмехнулась, в ее лице появилось циничное, неприятное выражение.

– Вот так, сразу? – хохотнула она. – Девушку надо сначала мороженым угостить, на трамвае покатать.

Родиону почувствовал короткий укол ревности и тоски.

Ему не хотелось видеть у своей невесты такое лицо, особенно, когда перед ней был, как ей казалось, незнакомец.

– Вот тебе трамвай, – сказал он, и чувствительно подтолкнул Машу вперед, в направлении трамвайного круга, где разворачивался, искря штангой, красный вагон.

Свободных мест в субботний вечер было много: самарцы, в основном, отдыхали дома. Они сели рядышком, Родион наблюдал за Машей: ведь у нее был проездной на городской транспорт… Кстати, где ее сумочка – маленькая, кожаная, коричневая – с которой она не расставалась?

Подошла кондукторша, Маша и не думала предъявить проездной.

Родион заплатил.

– Вот видишь, я тебя на трамвае катаю, довольна?

– А мороженое?

– Будет.

«Пятерка» довезла их до улицы Осипенко, Родион действительно купил в киоске два ленинградских эскимо, тот самый сорт, который любила Маша.

Нет, эта Маша не любила ленинградское! Она с неудовольствием развернула «золотце».

– Надо типа спрашивать, что брать, – проворчала она.

Детали. Все они, казалось, принадлежали совершенно разным женщинам. Вдруг Родион вспомнил: татуировка! Маша вчера говорила про какую-то татуировку у Дарьи. Может быть такое, что близняшки наследуют одни и те же жесты? Но для того, чтобы добраться до татуировки, надо снять с нее платье.

– А ты не хочешь искупаться в Волге? Это тебе не Москва-река…

Девушка провела себя ладонью по бедру, потом ответила:

– Нет.

Дело было гораздо серьезнее, если она даже не знала, что не на ней надето…

Ситуацию разрешил ливень, как будто сами небесные боги вмешались в дела людей.

Сначала несколько капель коснулись плеча, словно кто-то побарабанил по плечу пальцами, вдруг улица осветилась короткой вспышкой, через какие-то секунды грянул гром, и рухнула на город сплошная стена воды. Все удирали, прикрываясь пакетами, мгновенно почерневший асфальт изошел крупными пузырями…

До ближайшего кафе они, конечно, добежали, но вполне успели вымокнуть.