Шахта. Ворота в преисподнюю

Такой случай не имел бы никакого значения, кроме, разве что, обиды, поскольку учительница решила, что он лжец, и просто-напросто не написал должного количества крючочков и палочек дома, и вот теперь врет, что тетрадку украли. Кому она нужна?

– Может быть, ты оставил ее в раздевалке? – сказала учительница, строго посмотрев на Свята из-под больших очков, нечеловечески коверкавших ее глаза.

Свят сбежал по широкой лестнице вниз, бросился в раздевалку, осмотрел пол и подоконник: тетрадки не было нигде.

Вот и его курточка, синяя, которую купила ему недавно тетя. В курточке также не было да и не могло быть никаких тетрадок, как и вообще – в раздевалке. Чего-то в этой курточке не хватало… Впрочем, не в этом дело: Свят стоял между рядами одежды, которая топорщилась на крючках, будто какая-то пузатая гвардия. Он грыз ногти и думал. Тетрадку могли украсть только из портфеля. Он ясно помнил, как положил ее вчера вечером в портфель, открыл даже, прежде чем положить, и еще раз оглядел ровные линейки крючочков и палочек, вполне довольный своей работой.

На большой перемене их всех водили кормить, построив парами. Класс в это время оставался пустым, не запертым. Значит, кто-то вошел в класс и украл его тетрадку. Святу почему-то стало страшно. Он прижался к своей курточке, погладил ее, сказал:

– Курточка. Моя курточка.

Он понял, что вот-вот заплачет, и ему вдруг стало стыдно перед самим собой… Но что это? Ах, да, курточка. Теперь он увидел, чего на ней не хватало: кто-то отпорол бирку с его именем, которую тетя пришила на воротник.

– Значит, ты оставил тетрадку дома, – холодно сказала учительница. – Был бы ты хотя бы во втором классе, я бы послала тебя сейчас же домой за тетрадкой.

Пока Свят шел между рядами, отовсюду слышались смешки. Кто-то поставил ему подножку: мальчик чуть не упал, оперся о чужую парту и застыл, будто палочка на косой линейке. Сел на свое место, продолжая напряженно думать обо всем, что произошло.

– Не грызи ногти! – крикнула на него учительница.

Свят спрятал руку в карман. Итак, у него украли тетрадь и отпороли бирку от куртки. То и другое должно быть связано. Не может быть так, чтобы украл один человек, а отпорол – другой. Зачем?

Страх, который поселился глубоко внутри, с той самой минуты, когда он сбежал по улице вниз, прочь от горящего дома, не раз и не два за день пронзал все его тело – так, что холодели пятки.