Три родины

Увидев двух патрульных, она опешила и изменилась в лице. Войдя в дом, сразу почувствовали специфический бражно-самогонный запах. Я тоже хорошо его знал, так как мой отец, как и все шахтеры, не праздновал дорогую и разбавленную «казенку». Матери частенько приходилось гнать крепкий напиток в домашних условиях. Я также знал, что гнать самогон – незаконно и опасно, милиция активно боролась с этим распространенным и неискоренимым явлением. В одних «семейных» трусах в комнату вышел заспанный и ничего не понимающий хозяин-дядя Данила.

По его лицу я понял, что он испуган не меньше жены. До меня наконец-то дошло, что я навлек серьезные неприятности на уважаемых соседей. После краткой идентификации, старший патруля сдав меня соседям под расписку и обязательство передать родителям, быстро вернулся в машину. Младший задержался, отозвал тетю Нюру в сторонку и что-то прошептал ей на ухо. Потом они удалились на кухню. Через минуту милиционер вышел, громко крякая и закусывая соленым огурцом. Держа под мышкой полную четверть сизоватого самогона, не глядя в мою сторону, молча вышел из дома. Тетя Нюра грустно и смущенно улыбалась. Я понял, что все обошлось.

Второй случай произошел примерно 10-11 лет спустя. Наша дружная компания по привычке тусовалась летним субботним вечером снаружи танцплощадки в поселковом парке. Мы между собой кратко называли его садом. Подбежал запыхавшийся Малый и с ходу выпалил: «Мент на аллее вяжет Лебедя!» Все, не сговариваясь, напролом бросились в указанном направлении.

Через несколько шагов, нам навстречу выскочил возбужденный Леха, за ним по пятам бежал участковый. Без фуражки, с оторванным погоном и болтающимся на заколке галстуком. Леха, быстро оценив ситуацию, шмыгнул в нашу спасительную толпу, спрятавшись за спинами самых высоких и крепких парней. Участковый встал, как вкопанный, в трех метрах от нас. Он тоже был местный. Старше всего на несколько лет большинства из нас. Также прошел общую уличную закалку и хорошо понимал, что в данный момент удача не на его стороне. В тени трудно было разобрать, что именно находится в его, явно не пустой, поясной кобуре, к которой периодически непроизвольно тянулась его правая рука. Наверное и он, не видя наших рук, так же отчетливо понимал, что в любой момент в них может оказаться кастет, нож, самодельный, но не менее опасный от этого, самопал. Нам всем были понятны его чувства. Он обоснованно подозревал Лебедя в подрезе молодого парня из соседнего поселка.