Три родины

Молодые сотрудники и гражданские ОКОДовцы ничего не могли противопоставить наглым и опытным дельцам. Мы с Михалычем появились, как нельзя кстати. Дежурный наряд РОВД, перегруженный субботним наплывом других задержанных и посетителей, помочь не мог, а на обычные предупреждения они не реагировали. Нам пришлось взять решение вопроса на себя. Вычислив самых авторитетных и активных, мы по очереди затаскивали их в пустой актовый зал, и преодолевая отчаянное сопротивление, ножницами отрезали каждому половину усов, чуб и выстригали заметную полосу через всю кудрявую голову.

Зная, что именно они являются истинными организаторами и руководителями гастролей, на дорожку предупреждали, что в следующий раз отрежем еще что-нибудь и рекомендовали передать наш привет всем другим цыганским кланам и гастролирующим группам. Через полчаса незваных гостей и след в городе простыл. За исключением, конечно, арестованных по уголовным делам конкретных рядовых исполнителей. Я не рассказал эту историю молодому и любознательному оперу не потому, что не доверял ему и опасался возможной цыганской мести в отношении себя или проживающих неподалеку родственников. Нищая обстановка посещенной лачуги подсказывала, что у данной семьи с коррумпировнными связями в местной милиции дела обстояли не лучшим образом. Конечно, у них, наверняка, имелись более богатые и продвинутые родственники, да и местный цыганский барон, в чью компетенцию входило решение подобных вопросов, тоже был в куре дела. Но копии протокола, как того требовал закон, я им не оставил, идентифицировать меня им будет довольно трудно. Я промолчал по другой причине. Я всегда стремился удерживать молодых коллег от ненужного, а тем более ложного геройства, высокомерия и куража в отношениях с подозреваемыми и задержанными. Работа- работой, настроение –настроением, но чувство собственного достоинства есть даже у самого последнего БОМЖа. С этим нельзя не считаться.

Мне нравились командировки в Донбасс.

Кроме непланируемых встреч с родственниками, они имели много других преимуществ и отличий от аналогичных поездок в другие регионы. Они давали мне некое ощущение работы дома, на знакомой, родной территории. А специфика региона, в том числе и в плане криминогенной обстановки, обогащала мой профессиональный и жизненный опыт темпами, немыслимыми не только в тихих и спокойных сельскохозяйственных регионах, но даже в столице и Крыму.