Мертвая армия

И не требовалось никакого пропуска выписывать. Нажимал звонок, к широкой, во весь коридор, двери выходил дежурный, спрашивал, к кому пожаловал гость, звонил, выяснял и отправлял с помощником в нужный кабинет. Правда, Юрий Васильевич Макарцев тогда был только лейтенантом КГБ, но посещать Первое главное управление ему доводилось тогда дважды, во второй раз, кажется, уже старшим лейтенантом. И никаких трудностей в этом не было. А сейчас, став генералом, он вынужден был двадцать минут просидеть в бюро пропусков, и только после этого его встретили и проводили в нужный кабинет.

И вообще, добираться до комплекса зданий Службы внешней разведки было неудобно, он располагался за МКАДом. И отсюда добираться до дома или до места службы в нерабочее время тоже было не совсем удобно, тем более что персональная машина генерал-майора Макарцева стояла в ремонте, а пользоваться каждый раз дежурной ему не нравилось. Да и дежурному надоедать не хотелось. Дежурных машин всегда было мало, а они были нужны многим, и приходилось ждать. Потому генерал и решил дожидаться результатов вместе с сотрудниками СРВ. О нем даже позаботились. Позвонили в буфет, и немолодая официантка принесла генералу на подносе скромный, но вполне приличный ужин, и, что удивительно, бесплатный. То ли такие случаи предусматривали бесплатное угощение гостей, то ли кто-то из офицеров, с которым генерал сотрудничал, проявил уважение к его погонам и сам заплатил…

При таком обслуживании даже ждать было не так неприятно, хотя в природе всех вещей ожидание – самое, возможно, неприятное занятие.

Правда, на взгляд Макарцева, неприятнее было чувствовать собственное бессилие в проведении акции за границей. Но, по нынешним временам, этим занималось другое ведомство. Служба внешней разведки имела на своем попечении активную и неплохо подготовленную в «Лесной школе»[9 - «Лесная школа» – обиходное название Академии Службы внешней разведки. Расположена в лесном массиве в Мытищинском районе Московской области. Отсюда и название.] группу палестинцев, которая и должна была выполнить задание, пришедшее из ФСБ. Сама ФСБ не имела сейчас возможности для такой активной работы за границей, а СВР пользовалась в этом вопросе профессиональной привилегией. Попечение же над палестинцами выливалось не в денежное довольствие, как бывало при советской власти, а в обеспечение информацией, которая интересовала палестинское движение.