Проводник

Ужас и паника охватили моё сознание. Плач прекратился, и я почувствовала на себе ее взгляд. Хотелось закричать и убежать, но ноги не слушались.

Я очнулась от резкого запаха нашатыря. Будто сквозь пелену я увидела женский силуэт. Крик уже готов был вырваться из моей груди, но тут я услышала знакомый голос одной из медсестёр:

– Бедная, совсем уже замучилась на этой работе…

Медсестра Нина, молодая светловолосая красавица, озабоченно склонилась надо мной. Вокруг неё собрались раненые солдаты.

– Что произошло? – еще не вполне придя в себя, спросила я.

– Мы нашли тебя вон там, без сознания, – сказал один из солдат, кивнув в сторону кровати, возле которой я видела странную женщину. – Ты пыталась помочь умирающему, но…

– А что стало с этим бойцом?

– Умер, – тихо ответила Нина.

– Может быть, вы что-нибудь необычное видели этой ночью? – неуверенно спросила я.

– Чего тут необычного… – вздохнул один из красноармейцев. – Был солдат, да и помер.

Бои поутихли. С каждым днём раненых становилось всё меньше.

Но я ещё долго не могла забыть той ночи и часто просыпалась в холодном поту. Даже когда война закончилась, и я вышла замуж, мне часто снился и даже мерещился тот странный женский силуэт. Так продолжалось несколько лет, а потом я убедила себя, что всё это было плодом моего воображения, играми переутомленного до крайности мозга. Пока не настал день, который убедил меня в обратном.

В тот вечер мы с мужем отдыхали в небольшом домике своих друзей – очень милой немолодой пары.

Детей у Дмитрия Николаевича и Валентины Ивановны не было и ко мне они относились, как к дочери. Мы познакомились сразу после войны, когда я снимала у них комнату. А соседнюю комнату снимал мой муж, так мы и познакомились. Совместные прогулки, признание, помолвка, свадьба… Хозяева искренне радовались за нас, и потом, когда мы съехали, часто приглашали к себе. Мои близкие погибли во время войны, муж вырос в детдоме, поэтому мы искренне приняли этих людей, как своих родителей.

Мы сидели и пили чай, как вдруг все услышали сильный кашель в соседней комнате.

– Не беспокойтесь, это мой отец, – сказал Дмитрий Николаевич. – Он очень болен, мы часто приезжаем в этот дом, чтобы навестить его. Извините, что не рассказывали вам раньше.

– Его папа немного не в себе, серьёзная контузия, – добавила Валентина Ивановна. – Он тихий и мирный, никогда не выходит из своей комнаты. Кому еще чаю?

Потом мы все вышли на улицу и разожгли костёр.