Маленькие и неприметные – 3. Холодное блюдо в багажнике

И не надо нас злить! Ты в наших руках! И ты будешь находиться в таком положении, пока хоть одно твоё слово будет вызывать сомнение!

– Отпустите меня, – взмолилась Бояркина, – и я сделаю всё возможное! Если убийство имеет отношение к моей фирме, то я всё выясню!

– Если? – удивлённо переспросил Женя. – Да ты совсем обнаглела, гляжу, тётка!

Разговор ещё некоторое время продолжался в том же духе, пока, наконец, бандиты не осознали в полной мере, что Бояркина им может в дальнейшем пригодиться. Если хочет жить, решили они, то пускай землю носом роет.

Пусть остаётся на свободе и вовсю шевелится. Или нароет чего-нибудь, или, если у неё рыльце и на самом деле в пушку, выведет на кого-то. Как сегодня едва не вывела на этого Подлесного.

– Мы отпустим тебя, – сообщил Женя. – Но при одном условии. Догадываешься, о чём я?

– О Подлесном? Я постараюсь. Но я не знаю, где он. Он мне сам назначил свидание. И, между прочим, я хотела бы и его использовать в этом деле.

– Позвони ему, – усмехнулся Женя. – Назначь свидание сама.

Ты говоришь, что хочешь использовать его. Но этого хотим и мы. И разве для этого не требуется его явка с повинной? Пусть придёт и всё расскажет.

– Если бы ещё было ему что рассказать! – с горькой полуулыбкой ответила Марина. – Ведь я же уже говорила, для чего его замазала. А он ни сном ни духом. Я хоть по телефону с Козюковым разговаривала, а он и вообще никакого отношения к этому не имеет! Ни малейшего!

– Нам хотелось бы решить этот вопрос самостоятельно.

– Знаю я, как вы решаете эти вопросы! – позволила себе раздражённый тон Бояркина.

 – Меня чуть не задушили сейчас. А его и вообще замучаете до смерти. Зверьё! Лучше бы у себя там покопали! Кто-то же желал его смерти. Если вы там около него крутились, то и должны хотя бы догадываться, что и почём.

– Отрабатываются и другие версии, – сдержанно произнёс Женя.

– Сомневаюсь!

– Ладно, это не твоё дело. Звони своему дружку быстроногому. Мобила у него имеется?

– Потерял он мобильник. Только пейджер у него.

Который и пищал.

– Шли сообщение! – последовал приказ.

Бояркина пожала плечами и улыбнулась.

– Диктуй. Не хочу никакой отсебятины. Чтоб потом без претензий ко мне.

Женя нахмурился и сказал:

– Ты не взбрыкивай, тётя. Возьми бумажку, авторучку и набросай текст. Причём такой именно, чтобы он не пришёл, а прибежал. Надо встречаться, надо, согласись, говорить.

– Вы деловые! Напугали его до полусмерти, а теперь – чтобы не пришёл, а прибежал.