Маленькие и неприметные – 3. Холодное блюдо в багажнике

Поговорить! Он ведь, поди, не совсем дурак.

– Вот и придумай текст соответствующий. Ты же его не первый день знаешь. Как его обычно называешь?

– По-разному. Когда-то мы были почти что мужем и женой, потом расстались.

– Ну, как раньше называла и как теперь?

– Дмитрий, Дима, Диман, Митя. Всяко. Сейчас, пожалуй, чаще более официально.

– По имени-отчеству, что ли?

– Да нет, Дмитрием.

Текст был написан и согласован, однако решено было, что отправит его Бояркина спустя пару часов.

КОГО-ТО ЛОВЯТ, КТО-ТО ПОПАДАЕТСЯ

Дмитрий Подлесный долго бродил вокруг дома Марины Бояркиной, не решаясь приблизиться к нужному подъезду.

Внутреннее напряжение не проходило. Он двигался медленно, внимательно всматриваясь во все сгущения ночного мрака. Опасность была где-то в самой непосредственной близости от него. Это он знал точно. Процентов этак на сто.

И когда в кустах что-то зашуршало, Подлесный мгновенно выхватил пистолет и присел. Пистолет – это, конечно, громко сказано.

Не огнестрельное оружие было сейчас в его руке, а металлическая игрушка под пистолет Макарова, приобретённая им когда-то в ЦУМе для сына, тогда ещё, кажется, десятилетнего, но так и не вручённая ему.

Спустя несколько секунд, осознав, что никто на него не набросился, что, кажется, обошлось, Дмитрий осторожно выдохнул. Необходимо приблизиться к кустам и посмотреть, что это там такое шорохопроизводящее.

В кустах что-то белело. Дмитрий несколько раз мягко шагнул и нагнулся. На земле лежал человек, это он видел теперь достаточно отчётливо, особенно мясистую часть ноги, женской, скорее всего.

– Кто тут? – спросил он.

– Я. Валентина, – последовал ответ. – Мне разрешено.

Подлесный был поражён. Что означает это странное «мне разрешено»? Что разрешено и кем?

– Что вы здесь делаете? – снова спросил он.

– Я отдыхаю, – сообщила Валентина.

Дмитрий засунул «оружие» за ремень и пожал плечами. Человек отдыхает. К тому же разрешено. И голос – трезвый. Да, вот это-то и странно.

То, что, судя по голосу, женщина не пьяна, а валяется на холоднющей земле и заявляет, что имеет на это право.

– Холодно же, – сказал он, вспомнив, что ему сегодня тоже предстоит искать ночлег.

– Ничего, не беспокойтесь, – вежливо отозвалась «отдыхающая» Валентина.

– Отдыхать лучше дома, в постели, – сказал Дмитрий, вглядываясь в автомобили, стоящие у подъезда, в котором проживала Марина Бояркина. Ощущение опасности вновь усилилось.