Богатство и Драма Семьи Меньшиковых

 – Вы ели на вокзале и выпили бутылку пива, пока я вас здесь жду?

– Яков Моисеевич, – кашлянул Борисов и поспешно прикрыл рот рукой, – я.. – смутившись, продолжил Евгений, но врач уже не скрывал улыбки.

– Извините, не хотел вас смущать. Присаживайтесь. Честно говоря, я заметил в окно, как вы вышли из машины. Машину эту я часто вижу у станции, и знаю, что это такси. Значит, вы приехали от станции, а зачем вам ходить на станцию, если по дороге от отделения до морга, она вам не по пути. Вот я и решил, что вы с утра в делах и просто вырвались перекусить.

Дедукция Брянского не была высшим пилотажем, но ход мыслей патологоанатома отдавал такой незатейливой и беззлобной теплотой, что Борисов невольно улыбнулся, почувствовав себя школьником.

– Ладно, отвлеклись, а теперь к делу. Вот заключение, – сказал врач, протягивая исписанный лист.

Следователь быстро перевел взгляд на мелкий убористый и по истине каллиграфический почерк. Из текста следовало, что возраст погибшей был около тридцати четырех – тридцати шести лет.

Женщина продолжительное время употребляла наркотики, что привело к практически полному разрушению печени. Следов алкоголя Брянским выявлено не было. Последний прием наркотических веществ, по расчетам патологоанатома, произошел вчера в первой половине дня. Причиной смерти значилась остановка сердца из-за разрыва сердечной мышцы с одновременным кровоизлиянием в мозг. Сама смерть произошла в интервале между первым и третьим часом после полуночи. Следов насилия, будь то удушье, проникающие или огнестрельные ранения, а также колотых и резаных ран патологоанатому обнаружить не удалось.

– Пф, – выдохнул следователь, – есть над чем подумать. – Что она употребляла установить не удалось?

– Скорее всего, героин. Странно, что она не сразу умерла от передозировки.

– Т.е. вполне вероятно, что она закончила жизнь, запутавшись в проводах подстанции?

– Евгений Иванович, у нее на теле помимо шрамов, к которым мы еще вернемся, я обнаружил ожоги.

Вы ведь еще до конца не дочитали?

Борисов покачал головой и вернулся глазами к заключению.

– Угу, угу, – задумчиво произнес следователь, переваривая прочитанное.

– Так вот, эти ожоги, – продолжил Брянский, заметив недоумение полицейского, – приведшие к разрушению стекловидного тела, проще говоря: из-за чего у нее отсутствуют глаза, произошли до встречи с трансформаторной будкой. Разница в несколько часов, и это я могу вам сказать точно.