Катарсис

– Знаешь, я не смогла найти ни Корнея, ни Михалыча, – призналась она.

– Постой, а как ты оказалась в этой… – он неожиданно замолчал, понимая, что Алина, скорее всего, поступила точно так же, как и многие узники Плацдарма.

– Нет, Егор, ты неправильно понял, – заторопилась Алина, с полуслова почувствовав настроение парня. – Не знаю, говорят, самоубийц тянет друг к другу, вот и меня притянуло к ней, когда она уже выпила пригоршню таблеток, собираясь покончить с жизнью. Как я могла ей помочь, если она преспокойно улеглась на диван, дожидаться смерти? Никак, Егор! Ты не поверишь, но она практически умерла, потому что её душа выпорхнула из тела, как мотылёк и улетела прочь, бросив его на произвол судьбы.

Понимаешь, ей было всё равно, что будет с этим телом!

– Но она же умерла, Алина!

– Нет, Егор, нет, она ушла слишком рано, а я успела занять её место и позвонить в Скорую. А потом доползла до двери и открыла замок. На моё счастье, они приехали буквально через пять минут.

Таблетки не успели подействовать в полную силу, они поставили меня на ноги уже через полчаса, а я пообещала, что не буду больше делать глупостей. Ты не подумай, я не украла это тело!

Она замерла, словно опасаясь удара, обидного высказывания, хлёсткого слова, обвинения со стороны Егора. А ему стало неожиданно противно и гадко, что он в принципе мог подумать о ней нечто подобное, скверное, неприятное, обидное. Словно имел право судить других людей, не совершив в этой жизни ничего особенного, совершенно случайно получив главную роль в чужом спектакле, где всех статистов в конце должны были убить.

– Линочка, иди ко мне!

Он притянул её к себе и крепко поцеловал прямо в солёные от слёз губы, отчего девушка расплакалась ещё пуще, заливая слезами ему лицо.

– Прокофьева, ты там покойника отпеваешь или реанимацией занимаешься, – раздался резкий окрик откуда-то со стороны. – Немедленно возьми себя в руки и делай работу! Сопли потом, дома будешь распускать! Я кому сказал, Прокофьева?

– Есть продолжить реанимацию, товарищ майор! – с трудом вырвавшись из объятий Егора, ответила Алина.

 – Он очнулся, Степан Егорович!

– Очнулся? Замечательно! Передавай Валечке, чтобы она не сидела без дела, а сама дуй вон к тому симпатичному лейтенантику с ранением в плечо. Спасёшь ему жизнь, замуж возьмёт! – хохотнул майор. – Быстро, быстро, Прокофьева, пока жених от потери крови не скончался.