Дом моей мечты. Часть 2

А через две недели, Нину Ивановну вызвали в милицию и потребовали письменного разъяснения за преступные действия, повлекшие ущерб здоровью пострадавшей.

– Да, у бабки был инсульт! Она сама не знает, что говорит! – отпиралась бледная Нина Ивановна, ранее не сталкивающаяся с милицейским произволом.

– Разберемся! – рявкнул на нее старший следователь Калинкин и Нина Ивановна замолчала.

Вернувшийся из дальней командировки, обвешанный заграничными подарками, веселый Владислав Иванович застал дома пугающую тишину.

Он заглянул, прежде всего, в комнату матери. Привез ей в подарок яркую шерстяную шаль.

Серафима Ивановна лежала на кровати, не шевелясь. Он рванулся к матери с криком: «Мама, что с тобой?» Старушка, рыдая, поведала ему о своих страданиях.

Владислав Иванович вышел из комнаты и заорал на Нину Ивановну, ждущую его у празднично накрытого стола: «Хамка, уродина! Выметайся, из моего дома!»

Нина Ивановна своим ушам не поверила. Она не привыкла сдаваться без боя: «Никуда, я не уйду! Это моя квартира, нам ее на всю семью давали! Сначала, ты меня послушай!».

Нина Ивановна хорошо подготовилась к приезду мужа. Привела свои аргументы. Она действовала хитро и ласково.

Все же, знание мужа и относительная молодость были на ее стороне. Владислав Иванович был сбит с толку.

Он решил сдать мать в ближайший дом престарелых.

– Не дом престарелых, а центр помощи пожилым людям, Славик! Там подлечат Серафиму Ивановну и обеспечат уход.

Тишина, чистота, медсестра рядом, постель свежая. Что еще надо пожилому человеку? А ты можешь навещать ее, хоть каждый день! – ласково и настойчиво шептала в мужнино ухо Нина Ивановна .

Когда за ней приехала специальная машина, Серафима Ивановна не смогла встать. Ее выносили на носилках. Она лежала с закрытыми глазами, сложив руки на животе. Владислав Иванович стоял, беспомощно взирая, как закрываются двери автомобиля, куда поместили больную мать.

– Не стыдно, Владислав Иванович? Родную мать при живом сыне в приют сдавать? – раздался над его ухом голос Евлампии Егоровны.

Владислав Иванович вздрогнул.

Через месяц ему позвонила заведующая центром: «Ваша мама скончалась от обширного инфаркта. Вообще то, она просила не сообщать вам ничего! Даже написала это письменно, но я, все же звоню! Не верю, что вы были так жестоки к своей маме!»

Владислав Иванович положил трубку. Лег на диван и пролежал весь день, не вставая.