Моя незнакомая жизнь

Долго вчитывается, потом снова кладет на стол.

– Изъятие материальных ценностей? С какой стати?

– Каких материальных ценностей?!

Я хватаю листок и читаю. Ну, ладно, они хотят забрать ковер. Не страшно, я мысленно уже простилась с ним. Но в комнате были найдены деньги, а это моя заначка, которую я прятала сама от себя.

– Ковер берите, деньги не дам!

– На месте преступления…

– На месте преступления имеются также диван, мебельная стенка и телевизор. Тоже будете изымать? – Андрей иронически улыбается.

 – Люстру еще снимите, занавески. Господа, не надо делать вид, что вы ничего не понимаете. Где были найдены деньги?

– В серванте, в супнице.

– Рита?

– Моя заначка. Собиралась делать ремонт. Две тысячи шестьсот долларов.

– Почему в акте об изъятии указана сумма в тысячу долларов?

У меня внутри все холодеет. Как тысяча? А остальное где? Собирала деньги на протяжении года, и только я и бог знаем, как тяжело мне было их заработать, а еще тяжелее не потратить. И сколько раз я сама себя била по рукам, когда хотелось взять оттуда хоть сотню и купить себе… неважно что, желаний у меня хватает.

А теперь мне говорят, что там только штука!

– Рита?

– В супнице лежала та сумма, которую я озвучила. Куда подевалось остальное, не знаю. Но, возможно, знает наша доблестная полиция?

Парни переглянулись и как по команде сделали грозные лица. Но они не знают, что, когда речь идет о моих материальных ценностях, я не боюсь ни бога, ни черта. А уж пара воришек с полицейскими бляхами меня точно не испугают.

– Может, деньги взял тот, кто побывал в квартире. – Тот, что выше, глумливо ухмыляется. – Может, ты сама их куда-то подевала, может, твои гости взяли. Когда ты их видела в последний раз?

Мы уже на «ты»? Забавно, как сближают людей украденные деньги.

– Вчера вечером. Добавила сотню и пересчитала.

Андрей сжимает мою руку, и я умолкаю. Знаю, что это полицейские взяли деньги, и Андрей тоже знает, и они знают, что мы знаем, но мерзавцы так уверены в своей безнаказанности, что даже не скрывают насмешки.

Мне от бессилия хочется плакать.

– У вас не было ордера на обыск. – Андрей наконец разозлился. – Вы не имели права изымать ничего, кроме ковра, на котором лежал труп. А недостающая сумма…

– Что здесь происходит?

Я, видимо, никогда не избавлюсь от Игоря Васильевича. Похоже, ему нравится общение со мной. Мазохист!

– Да вот гражданка устроила истерику…

История незатейливая и простая, как ножка стула.