Чертобой. Свои среди Чужих

Килограммов сорок – для восьмидесяти с лишним человек не бог весть что, но все-таки… Мелочь засолим на зиму – тузлук с прошлых посолов хоть и вонюч неимоверно, да какой уж есть, запасы соли не безграничны. Хорошо еще, что удалось поживиться на складе магазина в Солонском, обезлюдевшей деревне это все равно не пригодится.

– Папа…

Поворачиваю голову и встречаюсь взглядом с дочерью:

– Да?

– Ты не забыл?

– Помню, душа моя.

В глазах у Лены зажглись огоньки – так я называл ее в раннем-раннем детстве, когда перед сном желал спокойной ночи.

Завтра день рождения, тринадцать лет. «Сайга» была подарком в прошлом году, сегодня ждет чего-то большего. Не буду разочаровывать ребенка:

– Если не успеем вернуться, загляни в кузницу. За горном на полке сверток.

– Та самая сабля? – Дочь радостно взвизгнула и захлопала в ладоши.

– Шашка.

Андрей отвернулся, пряча улыбку. Наверное, с его легкой руки среди детей в поселении поползли удивительные слухи о волшебном клинке, который безлунными ночами куют два Чертобоя.

Пусть их… Не будешь же объяснять малышне, что времени катастрофически не хватает даже на самое необходимое, и если заниматься игрушками, то только за счет сна. Пусть верят в сказку.

А волшебный клинок… не им говорить, что без тяжелых и упорных тренировок волшебство просто не работает. Халява кончилась, когда началось Нашествие. Пусть хоть детство останется.

Глава 2

Мы проводили взглядами «уазик», увозивший рыбаков с их добычей, кучей трофейных голов, и только тогда чуть-чуть расслабились.

Я не просто сел – рухнул в траву, не удержавшись на резко ослабевших ногах. По-хорошему, нам бы сейчас завалиться часа на четыре в баню, исхлестать друг о друга несколько веников, а потом употребить стакан-другой настоянной на травах самогонки и провести вечер у самовара под неспешные разговоры. Тогда бы отпустило. В принципе, так бы и сделали, но нужно проверить возникшую мысль.

– Андрей, как рука?

– Ерунда, – отмахнулся сын. – Вскользь когтями задело.

Да я обработал…

– Таблетку съел?

– Угу.

Таблетками мы называли круто просоленные кусочки сырой печени тваренышей, запаянные утюгом в полиэтилен. Они могли храниться неделю и использовались для профилактики заражений. Уж не знаю, что там содержится, но действует лучше всякой противостолбнячной сыворотки и прочих… Если нет соленой – едим и свежую, еще теплую. С пятой-шестой попытки, когда блевать становится нечем, получается. Дело привычки.