Привратник

На небе ни облачка, но тем не менее, постоянно моросит противный мелкий дождик. Даже не капли, а водяная пыль.

– Замри, – шиплю я на заёрзавшего авторитета, которому на лицо попала влага. – Ни звука.

Клиент послушно затих. Над его плечами возвышается тёмная туша. Чем-то она смахивает на голову слона, хобот которого воткнулся Бобру в шейные позвонки. Вместо ушей из слоновьей головы тянутся паучьи лапы, растопыриваются в разные стороны, постепенно истончаются и исчезают вдали, словно линии электропередач в тумане.

Шесть лап – значит ещё шесть жертв. Они могут быть где угодно, но это сейчас не важно.

Я смотрю на спящего демона в упор и он начинает чувствовать моё присутствие.

Выхватываю клинок из ножен. Легко запахло вишней. Тонкая прямая рукоять почти в два раза длиннее лезвия. Само лезвие – криво обломано на конце, остался лишь жалкий кусочек, сантиметров десять. Таким я «слона» ну ни как не одолею. По крайней мере быстро, пока он не окончательно проснулся.

Остаётся «тяжёлая артиллерия».

Дорого конечно. Но здоровье дороже. Выхватываю из наплечной кобуры пистолет похожий на «"Glock"». Металл отливает золотом. На ствольной коробке выгравированы два переплетающихся синих дракона. Таких как изображает восточная мифология – длинные змеи с лапами.

Глаз демона-слона приоткрывается. Подношу к его зрачку ствол. Бах! Эхом разносится выстрел. Тёмное буркало разлетается жирной смолой. Хобот с чавканьем вырывается из спины клиента, а я уже размахиваю обломанным клинком, отсекая тонкие лапы отростки, соединяющие демона с другими жертвами.

Без подпитки монстр быстро издохнет, слишком много энергии вложил в захваты. Запасы и защиту наращивать не стал, а жертв нахватал аж целых семь, хапуга. Жадных демонов убивать проще всего. Туша уже оседает на землю, брызжа тёмной кровью и постепенно истаивая.

Одного я не учёл. Клиент – бывший уголовник. Ему отлично известен звук выстрела. Небось неоднократно «нюхал порох» на бандитских стрелках. Потому он не просто упал и закрыл голову руками, как и положено человеку с маской на лице, у которого над ухом прогремел выстрел.

Он ещё и проворно откатился в сторону, подпрыгнул, мгновенно (вот гадство, а я столько возился) сорвал маску и ломанул куда глаза глядят. Ошалело таращась на окружающий ландшафт.

– Стой! – да куда там, прётся сквозь сухой кустарник, как лось сквозь чащу, подымая пыль, пиная битые кирпичи и ломая ветки. – Идиот.

На звук выстрела уже сбегаются горлумы.