Посол без верительных грамот

Не хочешь в лабораторию, летим в санаторий, с радостью погляжу на самого Генриха, нет времени на ваши пустые зрелища.

– Времени, потраченного на эти зрелища, ты не пожалеешь. Дело в том, что в бреду Генрих проделал удивительное математическое вычисление.

2

На стереоэкране менялись краски и контуры, зрелище походило на картину сумасшедшего художника – мир разноцветных призраков, пространство, пронизанное взрывами, фигуры, напоминающие скорее диаграммы, чем живые существа. Вскоре стало ясно, что это мысли, но закодированные не словами, не чертежами, а как-то по-иному – полупредметное-полусимволическое мышление.

Арман комментировал, тыкая указкой в экран:

– Вот здесь клубится фиолетовое облачко биологических переворотов, расшифровка дала фантастическую картину диковинных существ. Обратите внимание на бурно проносящиеся силуэты, это демоны физических закономерностей; институтской машине понадобилось шесть часов, чтобы разобраться, – рейс до Сириуса она рассчитывает за два часа.

Результат: школьная физика, Генрих мог бы сдать курс на четверку, но не больше. Зато те красные змеи, крадущиеся в лиловом тумане, интересней. Приглядитесь к извивам, к гребням на туловищах… Все эти обертоны мозгового излучения после расшифровки оказались ответвлениями ряда Нгоро.

– Расшифровку! – нетерпеливо потребовал Андрей. – Змеи не интересуют, давайте математику!

На стереоэкране засияла математическая структура: переплетения посылок, разброс следствий, обобщенная конструкция результата.

Рой торжественно произнес:

– Ты видишь формулу движения трех тяготеющих тел вокруг общего центра. Кроме того, Генрих вывел формулы для любого числа взаимно тяготеющих тел, но они слишком сложны, чтобы показать на экране. Все вычисления правильны…

Андрей вскочил и возбужденно заходил по комнате.

– Это же значит, что Генрих совершил открытие, которое не удавалось ни Одному математику! – крикнул он, останавливаясь перед Роем. – Он самый выдающийся гений из живших на Земле!

– Никакой он не математик, – с досадой возразил Рой.

 – Тем более не гений. Мы со всем тщанием проверили математические способности Генриха.

– Ты хочешь сказать…

– Да, именно! Ординар. Генрих так же способен создать новую математику, как репа заколоситься.

Андрей с удивлением смотрел на Роя.

– Но тогда мозг его послужил приемником чужой мыслительной работы, стал полем, на котором разыгралась не им порожденная буря?

– Похоже, так.