Мой мир – твоя нежность 2

Ну, конечно, годы её мечтаний и всяких, да-да, всяких разных – и лаской, и совершенно не лаской – от неё просьб, а доходило и до угроз, не то что бы никуда не привели, нет, напротив, я даже стал переживать и думать по этому поводу, иногда. А после очередного напора с её стороны с такими аргументами, что хоть прячься, как-то с идеей, что гардеробная всё равно будет, в конечном итоге свыкся, но жил с этой мыслью мирно, сильно она меня не тормошила, мы с ней даже подружились и лишний раз не беспокоили друг друга.

А сегодня дёрнуло, прямо с утра. И так мне самому захотелось эту гардеробную – чувствую, уже не усну.

Идея овладела мной до такой степени, что понимаю: делать нечего, придётся красоту мою будить. Ласково, но будить. Безусловно, не как бы сразу у неё одеяло забрать, я же не гадина – с утра одеяло отбирать. Чтоб целенаправленно. В смысле осознанно. В общем, специально. Это же не ночью, на себя накрутил валик и лежи как в коконе, дышать не очень, а так ничего, тепло. Не-не, на такое утром я не пойду.

Стал на неё смотреть. Пристально, не мигая. Но пока вздыхать тяжело и громко не начал, никакого эффекта от смотрения не было. Вздыхал с выражением, обидно, протяжно, она аж застонала, слова какие-то неприятные про меня начала говорить. Ну что с неё взять – милая, глупенькая, она про гардеробную свою ещё ничего не знает. Знала бы, тоже не спала. Отворачивается, укрывается, прячется с головой. Лезу обниматься. Всей массой тела. Слова от неё стали ещё неприятнее, но из-под одеяла плохо различимые.

Пришлось то одеяло раскрыть. Нет же, не всё-таки отобрать, а раскрыть, ну, так быстро-быстро отделить её от одеяла. Со стороны, может, и могло показаться, что сдёрнул, но я-то раскрыл. Нежно, но быстро. Так это я просто слова хотел расслышать все, вдруг, думаю, что-то пропущу, она же потом сама с претензиями будет: не слушаю совсем. От подушки увернулся легко. И тут бац – заявляю: пошли гардеробную тебе сделаем. Она не поняла, о чём это я, но знакомое слово вроде услышала, заинтересовалась, поэтому вторая подушка полетела не сразу за первой, а с задержкой. Ну всё, проснулись оба.

Когда у нас, у неё, первые эмоции схлынули и на меня мы перестали смотреть, элегантно сведя красивые бровки, сразу завтракать, сам приготовил. И давай я оправдываться перед ней, картинно так сморщившей носик: не со зла я, а от нахлынувших больших чувств. Говорю, осознал несовершенство жизни в быту.