Последний викинг. Великий город

Когда Харальд узрел вдали очертания знакомого водоема, он возопил гневным гласом, похожим на боевой клич его старшего брата:

– Смерды! Вы сошли с ума или никогда его не имели?

Авоська и Небоська поклялись громом Перуна, что иного пути нет. Трехдневный крюк делают, чтобы обогнуть возвышенность, непреодолимую для лодок. Дальше предстояло воспользоваться волоком, устроенным у села Волоковое. Харальду сказали, что длина волока составляет две тысячи восемьсот двадцать две сажени. Норманн подивился такой точности, но увидев, каких трудов стоит протащить ладьи по бревнам, понял, почему приходится считать каждую сажень.

Узкий челн без поклажи, и тот норовил съехать со скользких бревен и застрять в грязи.

Волок от речки Удра был самым длинным, но не единственным. Дальше на выбор имелась короткая дорога через волоки или же окольный путь через копанки, соединяющие ручьи, болота и мелкие озерца. Длинным путём водят тяжелые ладьи. Повсюду к услугам купцов толпы перевозчиков. Кривичи побогаче сдают в наем вьючных лошадей, а бедные сами впрягаются в постромки, перетаскивая лодки.

Бабы пекут хлеба и кормят путников. Все исстари кормятся у волоков.

Харальд выбрал прямой путь. Нетяжела была рыбацкая долбленка, да только братья выбились из сил и содрали кожу на ладонях, пока тащили её через озера и болота. Исландец Халльдор подсоблял кривичам в самых трудных местах, и даже Харальду пришлось забыть о своих божественных предках и подталкивать лодку, упираясь ногами в жерди, под которым хлюпала трясина.

Наконец, они добрались до речки Катыни, которая впадает в Днепр. По словам братьев, самая трудная часть пути была позади.

Катынь весело текла через глухой темный лес. На повороте реки рыбацкий челн нагнал большую ладью, которую тащили несколько оборванных, покрытых потом и кровью людей. Они медленно брели по берегу, спотыкаясь и падая. Харальду показалось странным, что они тащат ладью на веревках вниз по реке, тогда как можно было без всяких трудов сплавиться по течению.

Но еще более странным выглядел способ, каким они это делали. В уста каждого влачащего ладью было вложено железное удило, а к нему привязана веревка. В ладье сидели несколько вооруженных человек, окружавших осанистого мужа в красном суконном платье, подбитом мехом. Он был не стар годами, широкоплеч и могуч, но при этом имел седую бороду и седую косу, выглядывавшую из-под соболиной шапки. Виски и затылок он брил, как было принято в Северных Странах.