Правнук брандмейстера Серафима

Как говорится, вы будете смеяться, но теперь его били и в школе, и на боксе.

Правда, спустя некоторое время в школе Танюшкина бить стали пореже, а потом и вовсе перестали. Трудно сказать почему. Вряд ли из-за боксерских успехов. Скорее всего, помог кто-то из ребят с секции, из тех, что учились в его школе и помнили Димку. Фотография брата с чемпионским кубком висела в зале на видном месте.

Прошел первый месяц, и стало чуть-чуть полегче. Как-то незаметно в боксерском зале Славу признали за своего, жали руку при встрече, усердно лупили в спарринге и даже слегка жалели за беззлобный нрав, – приложишь его как следует, а он даже рассердиться не способен!

В школе дела наладились, но синяков в его жизни меньше не стало.

Да что там! Их стало гораздо больше! Не раз еще огорченная Наталья, разглядев на физиономии несчастного Славика очередное украшение, заработанное на тренировке, костерила уехавшего Димку почем зря – проблему вроде решил, но криво, через всем известное место…

Время шло, юный Танюшкин потел в зале, продолжая безропотно тянуть боксерскую лямку.

Одно хорошо – на соревнованиях, в отличие от других парней из секции, не мандражировал, был расслаблен и спокоен, как слон. Знал, что заслуженное первое место никуда от него не денется.

Но тут-то и случился обещанный тренером праздник! Дело было так.

Сначала погрузившийся в размышления Танюшкин услышал, как поблизости шепотом упомянули его фамилию. Однако он не придал этому особого значения. Потом появился легковес Витек и зачем-то ободряюще похлопал Танюшкина по спине.

Его круглая конопатая физиономия имела удивительно торжественный вид. Подошел еще кто-то из ребят с секции и тоже шлепнул по спине. Типа подбодрил…

Когда интерес к его спине обнаружился у четвертого человека подряд, Танюшкин заподозрил неладное и отправился разыскивать Михалыча. Тот нашелся довольно скоро и, как отметил Танюшкин, выглядел слегка озабоченным.

– В общем так, Славка! Будет тебе сегодня бой, полчаса у тебя точно имеется, готовься! – «обрадовал» тренер неожиданной новостью и, видя, что ученик впал в ступор, похлопал – кто бы сомневался? – по многострадальной спине.

 – Бери скакалку, разогревайся, управлюсь с бумагами – подойду.

Обещанные полчаса уложились в одно мгновение. Раз – и Танюшкин обнаружил себя в углу ринга заторможенно кивающим в ответ на последние инструкции Михалыча. Краешком сознания он ухватывал: «…главное, на дальней дистанции… ногами работай…», однако мысли витали непонятно где.