За рекой Гозан

Он специально окаменел, чтобы тебе на глаза не попадаться. А ты не будь дураком – не садись: возле таких скал надо быть особенно осторожным, не ровен час лавина сорвется или наступишь на присыпанную снегом трещину. Под ноги надо внимательно смотреть, потому как ступню в таком месте подвернуть – раз плюнуть. Кто тебя потом с гор спускать будет? Так и пропадешь… Если увидишь на склоне незнакомого охотника с луком и стрелами… такого ветхого, неуклюжего, словно древнего… лучше не подходить – это юш. Они выращивают просо на террасах высоко в горах, так что, коль встретил неопознанную делянку, – не лезь туда, пожалеешь… Вечи считаются ведьмами ущелий.

Это такие мрази, что запросто могут коню подсунуть камень под копыто, чтобы он оступился. Или ты сел за валун, хочешь костер разжечь, а она из-за скалы – как дунет на огонь, он и погаснет… Или скинет тебе охапку снега за шиворот. А сама смеется, пляшет неподалеку – так и вьется, качается из стороны в сторону, словно маленький вихрь… Но мы-то знаем: ведьма!

Тахмурес смотрел на оракзая с непроницаемым лицом, но внутри росло недоверие к его словам.

«Чего он меня духами пугает? – думал он. – Если в каждом внезапном порыве ветра видеть происки храфстр, то всю жизнь придется провести в позе молящегося египтянина. Как будто у дэвов нет других забот, кроме как мешаться под ногами путников и разбрасывать камни на дороге. Ну, положил в костер ветку можжевельника, вылил в реку миску молока – и хватит, духам этого вполне достаточно, можешь смело заниматься своими делами.

Мы в степях так живем, и ничего…»

Проводник продолжал описывать нелюдей, не замечая озорных искорок в глазах кушана.

– Бывает, идет пастух с маленьким стадом по едва заметной тропке. Козы завернули за скалу, и вдруг – тихо, пастух огибает валун, а коз нигде нет. Он подползает к обрыву, смотрит вниз, а на берегу реки точки черные – это, значит, его козы сорвались… Только они не сами упали, их вечи столкнули… Я вот, например, всегда змей убиваю, потому что знаю, что это вечи.

Если на пути попадется мертвый человек с дыркой в голове – точно дэв. Через дырку душа дэва покидает тело. Только не вздумай труп ударить, иначе сразу оживет. Тогда ты пропал, он тебя сожрет! Рубить его бесполезно, из каждого куска вырастает новый дэв. Спасешься, лишь выстрелив в него стрелой, измазанной собственными испражнениями. Если, конечно, успеешь их добыть…

Тут Тахмурес не удержался – ухмыльнулся, неожиданный поворот в рассказе оракзая его развеселил.