Недостройка

Хотя зал ожидания практически заполнен, не знаю уж, кто и зачем тут сидит, наверно такие же, как мы, в основном, ночь коротают. Я прислушался, о чём там мои коллеги разговаривают – оказалось, что всё о том же, о неизбывном, про культ личности, про товарищей Сталина, Берию и примкнувших к ним в последнее время Кагановича, Молотова и Мехлиса. Тон задавал Петрович, как самый начитанный. Я послушал минут десять и не выдержал.

– Ну что вы все, как дети малые – Сталин-Сталин, тиран-тиран, кровавый-кровавый. А при ком индустриализацию провели? До 17 года самое большее, что у нас было на селе, так это паровая мельница, а в 30-е годы и тракторы, и всё остальное.

Войну при ком выиграли? Я понимаю, что это не благодаря, а вопреки, но всё-таки – при ком? Атомную бомбу когда сделали? Да и задел по космосу в конце 40-х, начале 50-х произошёл.

– А коллективизация? – вскипел Петрович, – а 37-й год? А катастрофа начала войны? А слезинка невинного ребёнка?

– Были перегибы, как без них. Но покажите мне пальцем на того руководителя, при котором люди не гибли? Что, трудно?

– Не, такого конечно не найдёшь, – несколько сбавил разоблачительный пыл Петрович, – но тут дело в масштабах.

Одно дело десятки-сотни и совсем другое тысячи-миллионы. И потом, как нас классики учат там – нельзя перейти на новую ступень развития, не проанализировав ошибок прошлого.

– Ну так классики учат анализировать, а не шельмовать с особым цинизмом. Так можно с грязной водой и ребёнка выплеснуть. Нельзя видеть одни тёмные страницы прошлого, хотя их там конечно немало было, надо ж и положительное рассматривать.

А Огонёк ваш мне напоминает несмышлёного пацана, который увидел, как родители в спальне сексом занимаются, и теперь рассказывает каждому встречному-поперечному подробности этого, да прибавляет, какие они сволочи.

– Ну так, как сейчас, тоже ведь нельзя жить, – это Андрюха вступил в диалог, – застой в стране, если честно, насто…доел – надо что-то менять, не согласен?

– Ага, перемен мы ждём-перемен, как поёт популярный автор.

Перемены тоже ведь разные бывают, не задумывался об этом? И боюсь, что когда они реально в нашу жизнь придут, перемены эти, они мало кого обрадуют. Знаешь байку про оптимиста и пессимиста?

– Их много, которую из?

– Ну это где «пессимист, это тот, кто говорит, что хуже быть не может, а оптимист возражает – ещё как может». Если ты, например, думаешь, что мы в нижней точке развития и дальше возможно только движение вверх, то это не совсем так.