Персонажи вокруг нас

Только вот голова отказывалась соображать, и тут я неотвратимо осознал, что сладостное вдохновение улетучилось, а Муза обиделась и ушла ублажать другого писателя.

Сидя за столом, я тупо пялился на чистый лист, напрягал возбуждённые извилины, отчаянно пыжился как детсадник на горшке, однако всё оказывалось тщетно, на выходе – бублик с дыркой. Ну, Самуил, весь кайф испортил.

«Надо срочно что-то делать», – с умным видом размышлял я, машинально шагая на кухню за пивом, наивно полагая, что это волшебная палочка-выручалочка.

После второй бутылки в голове окончательно утвердилась мысль: сегодня больше ничего не накропаю – и окончательно угомонился. Между прочим, десять страниц за день – тоже неплохо.

В памяти всплыл странный утренний разговор с упрямой посетительницей, и неожиданно захотелось ей позвонить. Номер до сих пор оставался в сотовом, надо всего лишь нажать на нужную кнопку. Взяв телефон, замираю в неуверенности: «И что я скажу? Выдам монолог про то, что улетучилось потрясение от услышанного, и что история про московскую подругу – бред сивой кобылы? А если не бред? Может быть, совпадения случаются?»

К слову сказать, у каждого человека по миру гуляют, как минимум, шесть двойников.

Представляете, ходит сейчас по Парижу какой-нибудь Серж Бове, вылитый я, только калякает по-французски, или какой-нибудь Сержио Педро – испанец, или Сергуль Баевич – израильтянин, или ещё кто-нибудь. А однофамильцев и тёзок, наверное, сотни на постсоветском пространстве. Интересно, существуют ли одновременно двойники, и чтобы инициалы совпадали? Наверное, да? Сколько же их жило раньше, до моего рождения? А сколько ещё родится? От таких мыслей крыша точно поедет. Хорошо бы взглянуть на московскую Риту. Может быть, она действительно похожа на ту Риту, в которую я когда-то был по уши влюблён?

Напряжённо сжимая телефон, я, тем не менее, не давил на кнопку, потому как не знал, о чём говорить с Еленой. Вместо этого взял записную книжку, всю истрёпанную и старую, отыскал номер одноклассницы, проживающей в далёком дальневосточном Биробиджане.

Логично рассудив, что евреи, оставшиеся в России после всеобщего переселения на историческую родину, должны компактно проживать в Еврейской Автономной области, а Рита Блюмберг являлась чистокровной еврейкой, набираю нужный номер.

Гудки пошли через бескрайнюю Сибирь, пролетели над хмурым Байкалом, прозвенели по Дальнему Востоку и упёрлись в славный Биробиджан.

– Наташа, привет, это Сергей из Томска.