Детектив: от рассвета до расцвета. Родословная в лицах

Вот ветхозаветная история про царя Соломона, двух женщин и ребенка…

Nota bene

Пришли к царю Соломону две женщины, и молвила одна из них: «Разреши наш спор, владыка! У меня есть ребенок, но эта женщина говорит, что это не мой ребенок, а ее». Вторая женщина закричала: «Это так!». Выслушав женщин, царь Соломон приказал воину, стоявшему рядом: «Возьми меч и рассеки ребенка надвое. И вручи одну половину одной женщине, а другую половину – другой». «Не делай этого! – бросилась вперед первая женщина. – Лучше отдай мое дитя ей».

Вторая же женщина сказала: «Справедливо твое решение, о мудрейший. Пусть он умрет и не достанется никому, чем останется у нее». Тут Соломон удержал руку воина и сказал: «Отдайте ребенка той женщине, которая пожалела его: она и есть его мать».

Суд Соломона (гравюра Густава Доре)

Уместно заметить, что весьма своеобразный, не лишенный мрачной элегантности метод поиска истины, к которому прибег царь Соломон в непростом этом деле, много-много позже нашел воплощение в романе Агаты Кристи «Н или М?» (к сожалению, одном из самых неудачных творений писательницы, в чем третий царь Израильско-Иудейского государства, разумеется, нисколько не виноват).

Поражают своей рассудительностью герои арабских сказок «Тысяча и одна ночь». Не забудем и Геродота с его историей о сокровищнице царя Рампсинитоса, где есть и хитроумно задуманная кража, и путаница изобличительных следов. А древнегреческий баснописец Эзоп рассказал о том, что ответила Лиса больному Льву, который потребовал объяснений, почему та не пришла его навестить: «Потому что, мой господин, к твоей пещере вело много следов, а обратно ни одного».

А в Китае потрясающей прозорливостью отличался судья Ди, о котором написано много историй (кстати, судью, с которого «писали» Ди, звали Ти Жен-чи и жил он в 630-700 годах нашей эры).

Элементы детектива без труда обнаруживаются в «плутовских романах», в «Золотом осле» Апулея, в «Декамероне» Боккачо, у Шекспира в «Макбете» и особенно в «Гамлете», где принц датский ведет самое настоящее расследование обстоятельств смерти своего отца.

Наделял своих героев великолепными «распознавательным способностями» и великий Вольтер, особенно в повести «Задиг, или Судьба» (1748).

Nota bene

«Молодой человек, – спросили Задига, – не видели ли вы собаки царицы?». На это Задиг ответил: «Это маленькая болонка, она хромает на левую переднюю лапу и у нее очень длинные уши». – «Так вы видели ее?».