Черная кровь

Я огляделся, и по спине побежали мурашки: меня окружали серые стены, покрытые местами белой плесенью и мхом, запах сырости и кровавые пятна на полу. Мрачное помещение вызывало тревогу, наводило страх. На стенах висели факелы, свет с улицы с трудом пробивался через окна, покрытые грязью и пылью.

– Заключённый! Вон к той стене, живо! – продолжал командовать охранник, указав рукой на обсыпающуюся стену.

Я медленно приблизился к месту, куда мне велели подойти, и меня охватил ужас. На стене я отчётливо разглядел отверстия от пуль.

Осознание происходящего пришло молниеносно: это конец, это место, где сейчас приведут приговор в исполнение. Но который сейчас час? Ещё ведь только полночь! В моей голове закрутились мысли, и я начал кричать.

– Вы не имеете права! Ещё не пришло время! – с надеждой на оттягивание казни голосил я. Пара часов жизни, дарованная законом, для меня стала дороже любых ценностей. Мой крик остановила охрана, нанеся несколько ударов в живот, после чего я упал на пол от боли, тяжело дыша.

Это не остановило стражников, ещё несколько ударов их сапогами я ощутил сполна.

– Встать к стене! – прозвучал приказ, после того как они прекратили меня избивать.

Корчась от боли, я выполнил их требование. Стоя у стены, я наблюдал, как отряд с винтовками выстроился напротив меня, начальник расстрельной команды начал давать им приказы, которые я уже не мог расслышать. В моей голове происходило чёртте что. Звон в ушах, потемнение рассудка, головокружение. Во рту стало сухо, в ногах почувствовалась слабость.

Я закрыл глаза и приготовился к своей смерти.

– Оружие наизготовку! Целься! Залп!

Курки щёлкнули, наступила мёртвая тишина. Странное ощущение охватило меня, лёгкое, свободное, как пёрышко в небе, кружащееся в свободном движении по дуновению ветерка. Будто с меня спали цепи, приковывавшие к земле. Прекрасные чувства, в которых хотелось утонуть и остаться навсегда, наслаждаясь простотой неосязаемого мира. Но в каждом приятном есть своя доля горести. К сожалению, не успев насладиться чувством свободы, я расслышал смех, прорывающийся сквозь пелену моего состояния.

Разносясь громко вглубь сознания, он, как диверсант, подорвал мой мост эйфории, разрушив его и заставив вернуться в реальность. Приоткрыв глаза, я понял, что всё так же стою у стены, живой и даже не раненый, а вся расстрельная команда ехидно насмехается надо мной. Упав на колени и закрыв лицо ладонями, я почувствовал, как горячие слёзы потекли по щекам.