«Сдохни, Борзов!». Федеральная программа «Свободный выбор»

Цена космос, но тут и уровень не обычных бодипозитивщиц. Им акционное по 5 баксов катит, если водку не пьют. А тут – самая красивая сучка школы. Надменная и недоступная… Пока. Фрукты, шоколад, галеты с икрой. Суси-сасими, первое что в голову пришло, слишком мало времени. В аптеку успел. В правом кармане резинки. В левом виагра. Так, на всякий случай. Нервяк-червяк.

От трели домофона в груди рванула петарда. От голоса в трубке – ещё одна. Вдруг, внезапно, Дима почувствовал себя пьяным в дымину, хоть не выпил ни капли.

Десять долгих секунд он тяжело дышал перед дверью, пытаясь расслабить лицевые мышцы. Глянул вниз, чертыхнулся, вытащил рубашку из джинсов. Выдохнул и распахнул дверь.

На коврике в подъезде стоит его ночная мечта и хлопает ресницами. Ещё более красивая, живая и близкая. Улыбается ему в первый раз в его кривой жизни. А то что не очень искренне, да и хрен с ней.

– Зайду? – Юля улыбнулась чуть шире и Дима понял, что пауза затянулась.

– Конечно. – он сдвинулся в сторону.

Она прошла мимо.

Дима беззвучно втянул в себя воздух, весь её шлейф запахов: духи, дождь, мокрая пыль, мокрая кожа, весь до молекулы и запер дверь. Голова ощутимо кружилась. Его гостья остановилась в проёме. В комнате накрытый стол с едой. Она оборачивается, в глазах недоумение. Дима понял, что теряет контроль над ситуацией. Надо что-то сказать, пока всё не рассыпалось, а голова пуста, как футбольный мяч.

– Я… пообедать собирался. А тут ты… [блин какой бред!].

Он нечеловеческим усилием воли распустил пушистый узел в горле, и вполне деловым тоном продолжил:

– Дело серьёзное, разговор небыстрый.

Совместим приятное… дело с полезным… питанием.

Улыбнулась, расслабилась, значит, взял правильный тон, и слова. В одноразовых белых тапочках невыносимо красивая девочка Юля вошла в комнату.

"Ходила бы она каждый день по моему дому в тапочках…" – мелькнуло в голове у Димы. Впервые он представил себе её не голой. Без дорисованных воображением скрытых от него деталей. Её красивые ножки в тапках, казалось, были ещё притягательней, чем в сброшенных в коридоре туфлях на шпильке.

Они сели за стол друг против друга. Юля налила себе соевого соуса, размочалила в нем васаби. Потянулась палочками к блюду.

– Может, вина?

Диме намного проще было разговаривать с барными дурочками. С Юлей непринуждённой беседы не получалось. В голове была каша, из которой трудно было вытащить даже простые слова. Он пытался как-то абстрагироваться, не думать. Без толку.