Любовь после гроба

Клинок перестал колебаться, а когда она переложила меч в левую руку, я увидел обильно текущую из ладошки девочки кровь. Ведьма крови провела рукой по лицу, оставив кровавые следы, слизнула немного крови, что-то шепча. Стала собранней, какой-то пружинистой и резкой. Так же активировала и нож. Затем пропитала кровью и рукоять револьвера. Посмотрела на меня аж горящими в темноте красными глазами, прошептала:

– Этих валю быстро и напрочь. Для твоих превращений других подберём. Похоже трое, справлюсь одними клинками, а пули ещё пригодятся, врагов еще много дальше будет.

И чары ужаса, дезориентации и торможения пока приберегу, чтобы идущие за идущими за нами не поняли, КТО их ждёт.

Затем отважная зомбикиллерша провела пальчиками по своему фонарю, сильно убавив свет, ещё и пояснив мне, что этот зелёный свет нежить видит хуже, а ослабленный вообще почти не видит, да и у них там несомненно есть освещение.

Освещение было. Костёр горел. Нарса осторожно вышла из тоннеля и двинулась вправо, чтобы зайти более-менее со спины к двоим, а третий что-то мешал в котелке.

Я осторожно вышел из тоннеля и укрылся за большим камнем, смахивающим на надгробие. Начал осматриваться.

Два зомби производили прям положительное впечатление. Люди, и люди. Хотя нет, один был похоже орком – клыки были неплохие. А второй при жизни был человеком, и одет он был вполне по-нашему, наверняка и на разведку в город выходит. Третий был… подкачала его внешность – сразу видно, что зомби, кривоватый, перекошенный, движения странные.

И они пили что-то явно алкогольное из жестяных кружек.

Была и эльфийка. Она лежала прямо передо мной и смотрела мёртвыми глазами в потолок. На вид как человеческая очень красивая и спортивная блондинка под сорок ухоженных лет. И что она эльфийка, было понятно по заострённым верхним краям ушей. Ран спереди заметно не было, но она лежала в луже крови, и похоже уже засохшей – в спину убили.

Да уж, к чёрной ведьме нежить так бы не подкралась. Ещё я обратил внимание на не взятые убийцами – хотя убили может и не эти – два пистолета на бёдрах, шпагу и кинжал, и подсумки на ремне. Одежда тоже красивая, и очевидно добротная и зачарованная, и оставлена на завершившей несомненно долгий и славный путь чорокиллерше. Я сам догадался, что на ней и её оснащении чары, которые очень неприятны нежити, и охрана ждёт, когда развеются.