Нерушимый форпост

На службу так не бегают…

Для спецподразделения выделили отдельное помещение и капитану уже не приходилось бегать по всему гарнизону, собирая свой отряд.

– Рота подъём! – весело гаркнул капитан, увидев сонное царство.

Но вместо шумного переполоха бойцы лишь томно потянулись в своих койках и только двое изволили спустить ноги на пол.

– Вы что, дармоеды, страх потеряли?! – взревел капитан. – Даю вам тридцать секунд на сборы. Митурин! – окликнул он бойца, который и вовсе отвернулся к стенке. – У тебя двадцать секунд осталось.

Или поедешь обратно в полк.

Солдат подпрыгнул как ужаленный и молниеносно натянув робу, запричитал:

– Так мы ж взвод, а не рота, товарищ капитан. Вот я и подумал: может, это не нас будят.

Маленький, щуплый, да ещё и белобрысый, он хитро сощурил свой взгляд, ожидая снисхождения.

– Не умничай, – огрызнулся капитан. – Вы тут не пойми что. Жрёте за дивизию, спите за батальон. И не смотри так жалобно. Кросс на двадцать километров всё равно тебе обеспечен. Если живой останешься.

Он выждал, пока все оделись и ещё раз придирчиво осмотрев свою команду, сказал:

– Значит так. Даю вам двадцать минут на сборы. Митяшин. Дуй на склад и получи сухпаёк на три дня.

– Есть, – козырнул солдат и побежал к выходу.

– На всех! – крикнул ему вдогонку капитан, вспомнив, что Митяшин порой своеобразно воспринимает команды.

– Остальные берут оружие и грузятся на джип. Берём только огнестрельное. Самохин, – прикрикнул капитан, заметив, что один из бойцов направился к своему гранатомёту.

 – Гаубицу свою оставь здесь. Крушить мы там ничего не будем. Возьми лучше огнемет. Подсветишь, если что надо будет.

Часть 4

Возле КУНГов царило необычайное оживление. Толпа солдат подметала полянку в лесу и кое-где подкрашивались листочки увядшей зелени. Шутка ли: вот-вот приедет генерал, а в лесу бардак. Земля устлана кучами прелой листвы и сухими ветками. Не дай бог напорется на обломанный сучок или ещё что похуже: какой-нибудь зооцельнорс вцепится в сапог.

Трава должна быть зеленой, небо голубым, а деревья радовать глаз своим убранством.

Капитан, завидев это безобразие, матюгнулся и развернул джип в сторону цитадели.

– Если это секретная операция, – бурчал от негодования он, – то я тогда попугай Эра.

«Ара» – кто-то тихо поправил его.

– Что?! – вскипел капитан, пытаясь разглядеть в зеркале заднего вида обидчика. – Я что, похож на попугая?!

Я тут за ваши никчёмные жизни воюю.