Магия в крови

Незаметно подняв рукав, я увидел почти полностью изменившего цвет часового паучка, одно из изобретений сколько-тоюродного дядюшки Шелка, – они использовались в качестве таймеров при алхимических опытах. В моем случае паучок отмерял время действия парализующего заклятия. А значит, мне пора сваливать, и как можно быстрее, так как скоро начнется финальная часть моего представления, которая предполагает освобождение пленных девушек, и несмотря на то, что она должна быть очень красочной и приятной лично для меня, чувство самосохранения все-таки превозмогло желание получить высокое эстетическое удовольствие.

Поэтому, незаметно выскользнув в коридор, я со всей доступной скоростью рванул прочь от праздничного зала, в сторону заброшенной части дворца. Но хотя я не имел возможности воочию увидеть, что там сейчас происходит, я довольно живо это представлял.

Вот перестают действовать парализующие чары – и девчонки начинают дергаться внутри коконов, пытаясь вырваться. При этом натягиваются специальные паутинки, которые разрезают коконы на несколько долек или, скорее, лепестков, и в окружении вихрящихся светлячков, затянутые в шелковые комбинезоны, мои дикие нимфы опускаются на пол на лентах эластичной паутины.

И вот, наконец, они на свободе! Восхищенные зрители аплодируют, а сами нимфы жаждут…

– МЕЛИАНДР!!!

Три разъяренные эльфийки, по праву рождения наделенные отличными вокальными данными, при желании могут крикнуть очень громко! Мне даже стало немного жаль тех, кто находился рядом с ними, надеюсь, никто из родственников не оглох.

Впрочем, я отвлекся.

…а сами нимфы жаждут меня! Причем непременно живого и способного кричать. Если они меня поймают, муки «забытых» покажутся мне приятным времяпрепровождением.

Пути назад нет, мосты сожжены, и мне остается только одна дорога – в глубь неизведанных подземелий! К голосу, манящему меня с детства! И теперь я не остановлюсь!

Замерев у неприметного и наполовину заваленного прохода, я осторожно и не спеша обезвредил магическую ловушку, замкнув при помощи серебряной иглы резонансную точку плетения, и забрался в узкий лаз.

Пять минут ползу извиваясь, как саламандра под дождем, по узкому извилистому проходу, пока не натыкаюсь на сильно кем-то изгрызенную обсидиановую плиту – вот и мой схрон. Правда, чтобы в него проникнуть, нужно просунуть руку в узкую щель на уровне пола и аккуратно, чтобы не задеть отравленные иглы, провернуть небольшой барельеф. Плита бесшумно поднимается, и я на месте.